Ангел, шельма и одноглазый кот 2

– На самом деле повезло, – не согласилась я. – Тебе. Что демоны нашли тебя раньше, чем колдуньи превратили тебя в черенок от лопаты.

Тим побледнел, отчего веснушки проступили отчетливее, а я вспомнила, каким забавным он был в детстве.

– Ты чего ухмыляешься? – с обидой протянул он, отодвигаясь.

– Так, просто, – легко пожала я плечами. – Вспомнила, какими мы были раньше.

– Проблемными, – изрек Тим, спуская ноги с кровати, и я увидела на нем черные брюки и черную рубашку, привычные составляющие демонского наряда.

– Шейн дал тебе свою одежду? – не поверила я.

– Ага, – зевнул Тим. – Только она мне большая размера на три. А еще он разрешил у него помыться. Ты знала, что у них тут у каждого персональная комната для омовения?

– Не знала, – рассмеялась я. – Но спасибо за информацию. Учту.

Тим замолчал, опустив взгляд в пол и несколько минут сосредоточенно рассматривая свои голые ступни.

– Тебя это не пугает? – наконец, задал он вопрос, который, судя по всему, мучал его давно. – Демоны, колдуньи, говорящие коты и прочая чертовщина?

Я задумалась над ответом.

– Пугает, но уже не так сильно, как раньше. Ко всему можно привыкнуть.

– Думаешь?

– Уверена, – с видом эксперта заверила его я. – Человек – существо очень живучее.

– А ты… человек? – кажется, он не собирался задавать этот вопрос.

Потому что боялся услышать ответ.

Но все равно рискнул.

– Да, – с легкостью соврала я. – Человек, которого с головой засыпало приключениями. И которые растянулись на целых два года, если ориентироваться на наше, земное, исчисление времени.

Тим с непониманием мотнул головой.

– Здесь время идет иначе, – пояснила я. – Медленнее. Ты говорил, что прошло два года, но для меня – не больше нескольких недель.

Тим открыл рот, желая что–то сказать, но тут же передумал. Рот закрыл, помолчал, рассматривая стену напротив, а после глухо спросил:

– Ты останешься здесь?

– Да. Я должна, – других ответов у меня для него не было, хотя и очень хотелось сказать по–другому.

– Единственный, кому ты что–то должна, – внезапно разозлился друг, – это твой отец. Он – твоя семья, а эти… кто бы они ни были… они тебе чужие. Ты сама говоришь, что почти не знаешь их!

– Обстоятельства так сложились, – с неловкой улыбкой попыталась объяснить я.

Тим с остервенением отбросил одеяло.

– Значит, ты не вернешься!

– Пока нет, но когда–нибудь, – я постаралась сдержать печальный вздох, – когда–нибудь возможно.

– Когда? – упер руки в боки друг.