Ангел, шельма и одноглазый кот 2

– В Аттере сохранится главенство монархии и аристократии, только монархия станет наследуемой, а аристократия поделится правами с другими членами общества, – спокойно пояснил Сатус. – Наше общество нуждается в переменах. И мы собираемся эти перемены обеспечить.

– Не знаю, как в вашем мире, – осторожно начала я. – Но в история в моем показывает, что когда аристократию пытаются заставить чем–то делиться, то это либо уничтожает её как вид в результате революции, либо приводит к насильственной смене правителя.

– Ты права, – легко согласился Тай, на что я даже не рассчитывала. – Нас мало и у нас есть враги, – руки принца сжались в кулаки.

– Семеро из девяти, – быстро посчитала я. – Не так уж и мало.

– От каждой семьи на Битву отправляются по два участника, Мира. А не по одному. Так что, семеро из восемнадцати, а вернее, – он с досадой поморщился. – Пятеро из восемнадцати, теперь уже.

– Блейн, – мой голос предательски дрогнул. – Он…

– Он не умер, – поторопился утешить меня Шейн. – Но после случившегося у нас есть некоторые сомнения, не изменит ли он своего решения по поводу Битвы.

– А Феликс? – заволновалась я. – Вы же не думаете, что он…

– А вот здесь всё совсем непонятно, – вздохнул Инсар, который перестал лихо улыбаться и погрустнел. – Понимаешь, Мира, есть те, кто не желают, чтобы мы дожили до Битвы.

– Что?! – подпрыгнула я и бросила Сатусу обвинение: – Почему ты мне не сказал?

– Это решаемая проблема, – заявил он с непоколебимой уверенностью, а после добавил:

– Но ты тоже со мной не спешишь откровенничать.

Наши взгляды скрестились, подобно шпагам.

– Я расскажу про себя, а ты расскажешь про себя, – предложила я, быстро устав от этого безмолвного соперничества. – Договорились?

Он сдержанно кивнул.

– Мира, – с предостережением начал Сократ, в очевидной попытке остановить меня.

– Так надо, – пресекла я все его старания на корню.

И начала рассказывать. Всё с самого начала. Как умерла мама, как я жила без неё, как страдал отец и как пыталась уничтожить любую память о маме бабушка. Как поддерживал меня Тим и как однажды он привез меня на кладбище, где у каменной статуи с крыльями, воздвигнутой в память о маме, вдруг исчезло лицо.