Ангел, шельма и одноглазый кот 2

Преодолела несколько метров, поняла, что бесконечно устала и окончательно рухнула на траву, рассеянно рассматривая лужайку, усеянную красивыми черно–фиолетовыми крупными цветками, напоминающими знакомые мне пионы, только пышнее и думая о том, какое же жаркое, припекающее солнце, в этом Южном королевстве.

– Туда, – чужие безжалостные пальцы схватили мой подбородок и резко, до хруста в шейных позвонках, вздернули голову, заставляя посмотреть вперед.

– Ай! – попыталась отмахнуться я, с трудом подняв тяжелую руку.

– Прости, – без капли сожаления произнес демон, – все никак не могу привыкнуть.

– К чему? – со вздохом спросила я, хотя и не очень–то интересовалась ответом.

– К тому, что ты такая… чувствительная. Иногда мне кажется, стоит пальцем в тебя ткнуть – и ты рассыпаешься.

– Я человек, – хотя теперь это уже и не было до конца правдивым утверждением, но мне нравилось говорить так о себе. Помогало не забыть, с чего все начиналось. А помнить об этом казалось важным.

С трудом сдвинув одну ногу, которая ощущалась такой неподъемной, словно к ней прикрутили гирю, я встала – сперва на одно колено, а после, упираясь в него руками, смогла выпрямиться целиком…чтобы тут же едва не рухнуть обратно.

– Тш–ш–ш–ш, – демон схватил меня за талию и сжал, удерживая.

Его широкая ладонь продвинулась чуть дальше и коснулась живота, на первый взгляд, вроде бы случайно, но то, как длинные пальцы легли поверх тонкой блузки, чуть поглаживая ткань, едва задевая голую кожу там, где блузка выскользнула из юбки, провоцируя растекающиеся по телу волны тепла, не казалось случайным.

– Не надо было поддаваться на твои провокации, – пробормотала я, чувствуя, как все моё мироощущение сконцентрировалось в одной точке, там, где лежала его рука.

– Без тебя бы я не справился, – со странной интонацией тихо проговорил демон.

Повернувшись к нему, я увидела его лицо совсем рядом.

Что со мной происходит?

– Надоело тебя спасать, – подражая демонскому тону, напомнила я Сатусу его же фразу, смело глядя в мужественное, но при этом красивое, чрезмерно красивое лицо.

А так бывает? Может ли красота быть чрезмерной?

– Нет, – губы принца дрогнули. – Не надоело. Тебе это нравится.