Ангел, шельма и одноглазый кот 2

– Да куда угодно, хоть на дно моря какого–нибудь! – заверил меня Сократ и деловито почесался за ухом. – Или закинуть его туда, где парнишка успеет сделать ровно два вздоха. До тех пор, пока его не сожрут!

– Нет, туда мне не надо, – взволнованно замахал руками друг, внимательно прислушиваясь к нашему разговору.

– Как скажешь, дорогуша! Ладушки, ты тут оставайся, а мы потопали за едой. А то у меня уже желудок с позвоночником слипся!

Кот спрыгнул с кровати и, не обращая ни на кого внимания, направился к двери, дергая кончиком полосатого хвоста.

– Ты только не выходи, ладно? – просила я. – Запри дверь и никому не открывай. Можешь поспать. А мы тебе еды принесем, – тут же кое–что вспомнила и повернулась к Сократу: – А если Мика вернется, пока нас не будет? А тут незнакомый ей человек! И сама испугается, и Тиму еще что–нибудь сделает!

– Что она может ему сделать? – начал раздражаться кот, уже стоя на пороге. – Ну, максимум, швырнет в него чем–нибудь.

– Ага, или заорет так, что все соседки сбегутся, – не согласилась я.

– Как? – раздраженно закатил глаз Сократ. – Её с ночи пожара никто не видел!

Мне стало тревожно.

– Откуда ты знаешь?

– Слышал, как её искала одна девчонка. Толстенькая такая, с кучеряшками. Рояна, кажется.

– И как, нашла?

Кот, уже скрывшийся за дверью, заорал из коридора:

– Если бы её нашла она, то её не искала бы ты!

– Резонно… Сиди тут! – напоследок еще раз приказала я Тиму, и выскочила за дверь.

– Мне это не нравится, – пробормотала я, когда мы с котом уже стояли на уносящей нас вниз лестнице.

– Какая разница? – зевнул кот. – Ты с ней знакома всего ничего. Есть она, нет её – для тебя это что–то изменит?

– Не все такие сухари, как ты, – скривилась я. Потопталась на месте, пока ветер, образуемый увозящей нас вниз лестницы трепал мои волосы, обдувая шею и затылок, а после все же решилась спросить: – Сократ, а как давно ты знаешь мадам Мелинду?

– Ну, скажем так, я застал еще те времена, когда она ходила на горшок, – ответил кот, а после, никого не стесняясь, вольготно развалился и начал вылизывать пушистый белый, как первый снег, весьма внушительный пузик.

– А ты не знаешь, – подавив желание почесать его брюшко, продолжила я, – что это за кольцо у неё на пальце? Желтое такое, красивое, очень яркое, будто уменьшенная копия солнца.

– Знаю, – щелкнув пару раз зубами, гоняя блох, беспечно ответил Сократ. – Это я ей его подарил.