Ангел, шельма и одноглазый кот 2

Хотя звать было бесполезно, он был далеко, он не слышал меня, а я ничего, ничего не могла сделать!

В следующее мгновение этот мир, продемонстрировавший нам всю свою суровость и беспощадность, обрушился, и мы обрушились вместе с ним…

Глава 22

…чтобы рухнуть одной спутанной кучей на пол атриума, прямо под ноги двум самым строгим женщинам во всех мирах – мадам Мелинде и леди Элеонор.

– Шейн, отползай в сторону, ты его задавишь, – это Ферай отпихивал рослого и обладающего изрядным количеством мышц друга, упавшего прямиком на раненого Блейна, охнувшего от боли.

– Мисс Мирослава? – произнесла мадам Мелинда удивленно, рассмотрев под кучей демонов свою студентку.

– Мистер Сатус? – леди Элеонора удивилась еще больше, когда парень, продолжающий самым наглым образом валяться на мне, не заботясь о том, что он не только высокий и длинноногий, но еще и очень тяжелый, поднял голову и уставился на преподавательниц.

– Мадам Мелинда, леди Элеонор, – сухо поприветствовал он руководство школы, даже в таком положении умудряясь сохранять аристократическое спокойствие и величественную надменность.

А выглядеть спокойным и надменным, когда из–под тебя пытается выбраться девчонка, которую ты едва не придушил минутой позже, это еще надо уметь.

Дальше произошло сразу несколько вещей. Леди Элеонор, источая ауру ледяной красоты, взмахнула рукой и всю нашу бойкую кучу разделило на первоначальные составляющие. Демоны откатились в одну сторону, я – в другую, Тима унесло куда–то в угол.

Мадам Мелинда, быстро оценив ситуацию, отдала приказ ступившим в атриум ученикам бежать в лазарет за помощью. А Кан и Джеро подхватили под руки уже всем телом дрожащего и сквозь сцепленные зубы стонущего Блейна и поволокли раненного на выход, оставляя за собой цепочку кровавых луж.

Я же побежала к другу, который каким–то невероятным чудом вернулся в Академию вместе с нами. То ли переход стряхнул с него сонную магию, то ли жесткое приземление заставило очнуться, но теперь сидел на полу, глупо моргая и зачарованно глядя на леди Элеонор, которая, кажется, поразила его в самое сердце.

– Тимочка, – захныкала я, падая рядом с ним.

– Мира? – с еще большим усердием заморгал друг, словно сомневаясь в реальности происходящего.

– Я думала, что больше не увижу тебя, что ты останешься там, в лесу, – горло саднило, как изнутри, так и снаружи. Изнутри, наверное, от рыданий, а снаружи из–за недавно отработанных на мне принуждающих методов Сатуса.