Забери мою жизнь

Все-таки закрытый павильон факультета боевиков не самое приятное место: обожженные кирпичные стены, пол, засыпанный песком, продавленные маты, правда, заботливо разложенные кем-то вдоль стен, а главное — стойкий запах пота. Я замялась у входа, разглядывая тени, которые двигались в неярком свете парящих под потолком фонариков-светлячков.

— Девчонки! — К нам подлетел Рум и протянул два зачарованных магией бумажных кулечка, в которых плескалось вино. — Так, держите! Проходите! Располагайтесь!

Руби радостно взвизгнула и упорхнула к стайке девушек-артефакторов, ее сокурсниц.

Рум приветствовал следующих гостей, а я оказалась предоставлена сама себе. Ладно, не привыкать.

Я неторопливо побрела вдоль стен, пригубливая вино. Не столько пила, сколько делала вид — лишь бы чем-то занять руки. Атмосфера мне нравилась. Негромко играла лютня, приглушенный свет все делал таинственным и загадочным. Некоторые гости сидели на матах и общались, другие перемещались по залу, здороваясь со знакомыми. Ниса я пока не увидела, жаль, если он не придет.

Пока я отыскивала Ларниса взглядом, появилась Лули. Я подалась назад и спряталась за широкую спину незнакомого орка. Дриада больше не говорила мне гадостей, но достаточно того, что на занятиях она всегда смотрела сквозь меня, а если мы сталкивались в коридорах, притворялась, что мы не знакомы. Будет лучше, если на вечеринке мы разминемся.

Тут Лули улыбнулась — я успела удивиться: надо же, какой светлой и открытой может быть ее улыбка, — и замахала рукой:

— Нис, ты тоже здесь!

Нис стоял будто подсвеченный сиянием.

Его светлые волосы золотились, улавливая малейшие отблески магических светлячков. Он казался красивым сверкающим призраком среди темных теней. Оттого, что Лули опередила меня и первая пошла навстречу, неожиданно больно сжалось сердце.

Лули по доброй воле теперь не отцепится, а Ларнис не настолько бестактен, чтобы отправить ее восвояси.

Я одним махом осушила вино. Впервые в жизни, надо признаться, и, конечно, оно мгновенно ударило в голову. Зачем я продолжаю стоять и смотреть, как Лули подходит вплотную к Нису, как кладет руки к нему на грудь, заигрывая, как приподнимается на цыпочки, лукаво глядя в глаза? Она что-то говорит, но я не слышу.

Я жду, когда Нис улыбнется в ответ, накроет ее руки своими ладонями, а то и обнимет за талию. Это ведь вечеринка, здесь, в полутьме, разрешено то, что непозволительно при свете дня в строгих учебных аудиториях. Я не в обиде на Ларниса, я заранее его прощаю. Мы лишь друзья.