Охота на ламию. Институт неблагородных

— Довольно этого представления, — недовольно поморщился Волкодлак, предусмотрительно державшийся до этого момента в стороне, но теперь решивший, поднеся батистовый платок к носу и с отвращением глянув на меня, двинуться в сторону Дракона, чтобы всё прекратить.

В мгновении ока я ринулась ему навстречу, шелестя сильным и мощным хвостом. Вытянув раскрытую ладонь вперёд, ничуть не стесняясь обнажённой груди, когда между нами оставалось не больше метра, я остановилась и зашипела.

— Хорошо, — холодно ответил Дазромак и отвёл взгляд, в котором по-прежнему читалась брезгливость.

Волкодлак повернулся ко мне спиной, всем видом показывая, что он ни капли меня не боится, и сел за стол в дальнем углу, закинув нога на ногу. Гранда Тулия немедленно ощетинилась, я так и видела в ней саламандру, по жилам которой течёт не кровь, но лава, и заняла место рядом с выходом.

— Вот и всё, — произнёс за спиной Гумонд усталым тоном. Шипение прекратилось, я повернулась к Дракону, чтобы взглядом спросить, получилось ли у него закончить ритуал, но почувствовала, что стремительно слабею.

Сила, поддерживающая меня, внезапно ушла, и, чувствуя, как ломаются кости, обнажённая и уже снова человек, я рухнула на пол перед преподавателем.

Дракон

Ещё несколько минут назад передо мной было полное силы и внушающее страх одним своим видом волшебное существо, а теперь к ногам упала хрупкая обнажённая дева, под алебастровой кожей которой проступала синева вен.

Гранда Тулия, схватив флакон нюхательной соли, бросилась к ламии, но я жестом остановил её.

— Погодите, я перенесу девушку, — и, сказав это, подхватил тело на руки. Регина была неестественно холодной, что если бы не жилка, бьющаяся на шее, я бы подумал, что она умерла.

— Зачем таскать её так далеко? — недоумённо спросил Дазромак, когда я направился в лазарет. — Можно же положить её здесь!

Волкодлак, забыв о брезгливости, подошёл ближе и бросил жадный взгляд на обнажённое тело ламии.

— Не надо, чтобы мёртвое соседствовало с живым, — ответил я и, кивнув целительнице, направился к выходу. Гранда Тулия, очнувшись от оцепенения, подхватив юбки, кинулась мне вослед.

Я обернулся на пороге и увидел, как Дазромак стоит над телом усопшей, вглядываясь в безжизненное лицо, а потом ликан дотронулся до раскрытой ладони девушки и что-то прошептал.