Евсения

Он на таком же летает, - сунула мне Александра под нос маленькую деревянную фигурку не то птицы, не то зверя.

- Ага… А можно мне его в руках подержать? А я тебе взамен вот что дам, - порывшись в болтающейся сбоку сумке, извлекла я свою деревянную свистульку, что привело ребенка в полный восторг, а мне позволило немедля приступить к делу. – Брата твоего как зовут? – сквозь громкий свист прокричала я.

- Его то? – прервавшись, отозвался ребенок. – Танасом.

Отклик на посыл, запущенный через игрушку неожиданно сильно отрикошетил мне в сжатую ладонь.

- А вот и мой брат… Мама говорит, что такие как он, между глаз нос постоянно теряющие, в Прокурате лишь в курятнике должны служить – грифонам клювы пориловать… А это, Евсения.

- Полировать, Шурик, - смущенно расплылся рыцарь Прокурата, подхватывая сестру на руки.– Здравствуйте, Евсения. Это вы мне призыв запустили?

- Ага, - выпрямилась я в полный рост. - Здравствуйте, Танас.

- А вы ведь, не местная?

- Нет. Я здесь ненадолго и вообще-то… спешу, - проявила и я чудеса собственной памяти. Парень же в ответ понятливо усмехнулся:

- Ясно. И очень жаль. А я хотел предложить вас проводить.

- Чтобы и Евсения не потерялась? – догадливо уточнил с его рук ребенок.

- Чтобы… да… Ну что ж, Шурик, отдавай Евсении ее… ого! Кентавра. Забирай своего Гришу и пойдем домой на экзекуцию. Или может, договоримся на этот раз?

- Может, и договоримся, - по-деловому скривилась многоопытная Александра.

И после обмена игрушками они вместе с братом скоро влились в густой людской поток. Я же постояла немного, глядя им вслед, а потом, вдруг, словно подброшенная внезапно принятым решением, ринулась вдогонку:

- Танас, постойте!

- Да, Евсения? – едва заметно улыбнулся он.

- Вы ведь в Прокурате служите?

- Да-а.

- А что такое «хамровая живопись» знаете?

- Да-а, - а вот теперь он уже удивился по-настоящему. И даже сгрузил Александру на землю, рискуя потерять ее вновь. – Что такое хамровая живопись и почему она запрещена на всей территории Бетана я в курсе.

- Замечательно.