Санклиты 6. Преисподняя

- Детский сад, - со злостью фыркнула мисс Хайд, - ты еще скажи… - я замолчала, глядя на то, как по движению его рук тонны песка отхлынули двумя волнами в разные стороны, очистив дворец.

- Теперь ты довольна? – мужчина усмехнулся и зашагал к входу.

- Позер! – прошипела госпожа Ангел и двинулась следом.

Внутри все осталось нетронутым. Даже причудливой работы гребни для волос россыпью лежали на столике в одной из спален. Может, это лишь здесь, в нефизической реальности, не знаю. Мне бы все равно хотелось погулять здесь, пройти сквозь анфиладу комнат, побродить в гигантских залах, но падший Архангел начал подниматься в центральную башню, и экскурсию пришлось отложить.

Широкая лестница из молочно-белого с мягким свечением камня привела нас в помещение, украшенное потрясающей красоты резьбой по разноцветному полупрозрачному материалу. Наверное, в то время, когда этот мир ласкал свет далекого светила, его лучи наполняли пространство всеми цветами радуги. Основание той самой иглы, что торчала из песка, служило здесь потолком.

А в центре…

Я подошла ближе к хрустальному восьмиграннику, что парил над головой. Люцифер повел рукой, и эта красивая «звезда» опустилась на пол. Саркофаг Касикандриэры. Он не смог расстаться с ней, заточил тело в этот прекрасный гроб. Прямо сказка о мертвой царевне и семи богатырях! Только вместо витязей у нас дьявол и драконы.

- Дохлой девке здесь не место! – пробормотала я очередную цитату из мультика - на этот раз из «Шрэка».

- Я говорил, что верну тебя! – прошептал мужчина, подойдя к хрустальному ложу. – Ты будешь демоницей, твоя душа станет камнем для Оси, я завоюю Веер миров и верну тебя – ты станешь прежней! – он склонился над ней, лаская глазами. - И больше я тебя не отпущу!

Мне было сложно заставить себя подойти к саркофагу. В голове не укладывалось то, что в нем покоится тело той, кем я была в одной из прошлых жизней. Для меня та, что лежала в гробу, являлась отдельной личностью, а не моей частью.

Кстати, не могу не отметить ее удивительную красоту. Почти вся она скрыта богато разукрашенным платьем всех цветов радуги, но лицо – одухотворенное, с тонкими благородными чертами, длиннющими ресницами и алыми пухлыми губами, обрамленное водопадом густых золотисто-каштановых локонов – притягивает взгляд. Жаль, нельзя увидеть ее глаза.

Но едва я об этом подумала, Касикандриэра повернула голову и посмотрела прямо на меня.