Санклиты 6. Преисподняя

- Ради меня, пожалуйста! – глядя в глаза, полные слез, я осторожно вынимаю жвало из его ладони и рублю, режу, рву паутину, чтобы освободить его руку. Наконец-то!

Но в тот момент, когда у меня получается, он выхватывает у меня жвало, резко разворачивается и с силой наносит удар по пауку, подбежавшему к нам. Тот отскакивает с диким шипением, но на передних лапах остаются глубокие раны. Черная кровь разбрызгивается вокруг упругими струйками.

Мой любимый вновь поворачивается ко мне, заносит руку, чтобы продолжить резать сеть, но паучья лапа с размаху бьет о его запястью, и жвало улетает прочь.

- Прости меня. – шепчет он, накрыв меня своим телом.

- И ты меня. – отвечаю едва слышно и замираю, когда жало паука пронзает нас насквозь.

- В других жизнях, да? – с трудом подняв голову, он заглядывает в мои глаза. Изо рта течет кровь.

- Да. – отвечаю я. – Найди меня.

- Найду! – его тело вздрагивает в агонии. Последний выдох опаляет мою шею.

- Иду за тобой, любимый. – теперь моя очередь догонять его.

- Неееет! – мощный рев доносится как сквозь толщу воды. Глаза открываются с трудом. Люцифер. Его и паутина не берет. Хотя, он и есть главный Паук. Достает клинок – тоже из жвал паука. Достает меня из-под тела того, кого я любила, люблю и всегда буду любить, прижимает к себе. – Что ты натворила!..

- Это ты убил меня. – уже почти не вижу его, все медленно темнеет, вот и хорошо – не его лицо будет последним, что увижу.

- Я верну тебя, клянусь! – рычит он, стискивая тело, из которого я уже ухожу.

- Ты в стольком мне клялся… - едва слышно выдыхаю я. – Уже не верю – у демона лживый язык! – все, сил больше нет, пора уходить. Главное, самоцветы он никогда не получит!

- А-ах! – госпожа Ангел вынырнула из воспоминаний Касикандриэры и обнаружила, что по лицу текут слезы. Они так любили друг друга! Мне даже показалось, что эта женщина и ее возлюбленный – это мы с Гораном! Но сейчас не до этого.

Касикандриэра надежно спрятала камень. Вернее, не она, а кое-кто другой. Но и это неважно. Главное, я знаю, где.

- Так вот где он был! – прошелестела Мать демонов, когда я вытащила самоцвет из ящика с тысячей подобных, что стоял в сокровищнице, где Люцифер и Барбелло складировали казну. Иронично – столько сотен лет он пролежал практически на самом виду.