Санклиты 6. Преисподняя

– Ревнуешь?

- Вот сейчас укушу, тогда и узнаешь! – я так крепко прижалась, что у него перехватило дыхание.

- И… ты ее… о, боже… демоницей называешь? – он уткнулся лицом в мои волосы и простонал, - безумно хочу тебя, любимая!

- Ничем не могу помочь, прости.

- Безжалостная кара Господа!

- Смотри, как красиво! – ахнула я, увидев за его спиной зал - такой огромный, что казался жилищем гигантов, от шагов которых дрожала земля, осколком эпохи, безвозвратно ушедшей в прошлое. Здесь могли бы танцевать стометровые существа, и ничто не стеснило бы их движений.

Ряды черных резных колонн с серебристой оплеткой убегали вдаль, теряясь в игре сумрака и золотистого света, что лился из кристаллов, опускающихся с потолка – как те сталактиты, что встречались мне во время полета на драконе. Причудливая золотая вязь струилась по черному полу словно дорожка, заманивая ступить на нее и двинуться вперед. Я так и поступила. Но сделав десяток шагов, замерла.

Должно быть, подобное происходило с каждым, кто в первый раз видел его - ошеломляющих размеров черный череп Императора Владык неба. Зачарованно глядя на него, не хотелось даже искать ответ на вопрос, откуда мне это известно. Дыхание замерло на вдохе. Полыхающие внутри черепа факелы наполняли его глазницы отсветами огня, что бесновались внутри словно неукротимая ярость поверженного властелина этого мира. Словно живой, он смотрел прямо в мою душу. Проигравший, но не побежденный.

По хищным очертаниям костей можно было представить, какое впечатление производил этот гигант при жизни. Но после смерти его сделали Троном Люцифера. Черная лестница, пролегая между сомкнутых белых клыков владыки погибшей эпохи, вела на самый верх его черепа, где между изогнутыми рогами восседал Хозяин преисподней, попирая ногами своего поверженного могущественного врага.

Я понимала, что все это давным-давно лишь слабый отклик тех событий во времени, но в сердце словно запылала старая рана, которую беспощадно растеребили воспоминания.

Я прислушалась. Огромный зал медленно наполнялся ритмичным стуком барабанов, который коварно подбирался исподволь, со всех сторон, окружая и заманивая в свои сети.