Скала для свободного человека. Истории про жизнь и любовь

 – Они рассмеялись, на двоих им было далеко больше ста, и с какого-то момента они стали говорить, что им «слегка за двадцать». – Я понимаю, ваша любовь длится уже всю жизнь. – Она осторожно глянула на подругу, но не увидев признаков расстройства, продолжала: – Но ведь после института вы виделись всего пару раз. Ты не боишься, что он совсем другой человек? Не тот, которым ты его представляешь? А ты так решительно порываешь со всем прошлым! Ты все продаешь!

– Не все, – Фима широко улыбалась. – Бизнес я отдаю тебе.

Рейс прибыл точно по расписанию. Фима – стройная и живая, как в молодости, стремительно вошла в здание аэропорта и почти сразу увидела Федора. Он ощутил ее взгляд, бросил чемодан и побежал к ней. Остановился в метре от нее, смущенно сделал еще шаг и сказал почему-то шепотом:

– Здравствуй.

– Здравствуй, – звонко ответила она. – Пойдем, заберем чемодан. – И уткнулась ему в грудь. Слезы хлынули у обоих одновременно, и почти сразу Фима засмеялась:

– Федь, мы с тобой два старых придурка, плачем.

Он тоже рассмеялся.

– Ты же знаешь, я только с тобой могу плакать.

Они подобрали чемодан и шли к выходу.

– Произнеси еще раз, как называется наше место.

– Баллито. На берегу индийского океана в ЮАР.

– Баллито, – пропела она.

«Спиии, Баллито, спи» неслось из громкоговорителя на пляже. Уже совсем стемнело, а Федор все не мог заставить себя пошевелиться. Ему казалось, что Фиме, его Фимочке, его маленькой девочке, это как-то повредит.

Неожиданно он почувствовал, что проваливается в какой-то не то сон, не то обморок. В середине грудь пронзила резкая боль, он только успел с удивлением подумать, что сердце-то оказывается вовсе не слева, и, счастливый, закрыл глаза.

***

– Я не могу больше смотреть на это, – сказала ее душа, поглубже спряталась в облако, на котором нежилась, оно при этом слегка потемнело под стать ее настроению. – И не буду.

– Я тоже, – ответила его. – Что мы все время делаем не так? Помнишь последний раз, когда мы решили отправиться на землю. Мы выбрали предков, которые жили по соседству, предусмотрели, казалось бы все, даже поступать думали в один институт.