Эльф орку не товарищ книга вторая

— Птаха, поди скорее! У твоего сына растут клыки! — радостно сообщил вождь, обернувшись к жене.

Мне оставалось лишь терпеливо стоять и ждать, когда волна радости спадет и меня оставят в покое.

После воссоединения с новой семьей, шаман отправил меня в шатер дожидаться, когда вождь вызовет, а сам ущел с ним на совещание.

— Держи спину ровно и плечи расправь, — опять посоветовала Кусака, когда мы отошли в сторону. — Не выделяйся и веди себя, как настоящий орк.

— Я и есть настоящий орк, — возразил возмущенно, сам не веря в свои слова.

— А ходишь, как тролль-недоросток, — усмехнулась сестра. — Так тебя Кидало с Жабализом быстро разделают и на вертел насадят.

— Меня? На вертел? — возмущенно воскликнул я и гордо выпрямил спину, стараясь казаться больше и сильнее.

— Вот так и ходи, — одобрительно кивнула Кусака.

Мой шатер оказался не царскими хоромами и обставлен был максимально скромно.

— И это жилище сына вождя? — я недовольно скривился.

— А что тебе еще нужно? Хочешь спальню, как у эльфийской барышни? — орчанка ехидно усмехнулась, нагло усевшись на мою постель.

— Подумаешь, тоже мне проблема, — я слегка пихнул ее в плечо, чтобы она подвинулась, и тоже уселся на широкую лежанку, застеленную шкурами животных.

Почти до самого вечера Кусака рассказывала о жителях племени, об обычаях и правилах. Было сложно запомнить все, но я старался, ведь от этого зависело мое благополучие.

Меня так и не вызвали к вождю, а когда на улице начало смеркаться, пришел угрюмый воин и сообщил, что нас ждут на лобном месте, будет пир в честь моего возвращения и победы над эльфами.

— Это Кувалда, один из трех сильнейших воинов, — шепнула Кусака, провожая его странным взглядом.

— А почему он такой смурной? — я подозрительно посмотрел на сестру. Кажется, между ними пробежал гремлин. — У вас плохие отношения?

— Не сказала бы, что плохие, просто он старается меня избегать, — уклончиво ответила она и, схватив меня за руку, потянула к лобному месту.

Глава 6 Лилань

Чем ближе мы подходили к эльфийскому лагерю, тем сильнее меня бил мандраж. Магия срывалась с кончиков пальцев яркими фиолетовыми искорками, которые затем рассеивались черной дымкой.

— Не трясись ты так. Всё будет хорошо, вот увидишь. Отец будет рад видеть тебя. Столько времени прошло, он наверняка уже не сердится, — Алан попытался подбодрить меня, но получилось как-то слабовато.