Колледж волшебства. Пробуждение крови

Обласкали, так обласкали, — хмыкнула я, придвигая ближе пирог.

— Так правду же говорим! Впрочем, ведьмы всегда славились своей красотой и хорошим обменом веществ — что не съедят, то не в коня корм, — задумчиво протянул Мальо.

— Вот за это вас и жгли в древности! Завидовали, наверное, — добавил Ольма.

— Однозначно, — буркнула в ответ, доедая выпечку уже с меньшим энтузиазмом.

Вот умеют же домовые вроде и без гадостей, а в душу плюнуть так, что любая ведьма обзавидуется! Повздыхав по этому поводу, я отправилась на поиски родни.

Дедушку найти было не сложно: он кормил медвежонка, которого мы нашли в лесу месяц назад. Бурый комочек любовно обнимал бутылочку с молоком, довольно причмокивая.

— Волнуешься?

— Немного. Мне сложно привыкать ко всему новому.

— Жизнь — это река. Она всегда меняется и никогда не поворачивает вспять.

— Умом я это понимаю, но как же сложно принять сердцем и нервной системой.

— Ты со всем справишься, внучка. А где не справишься, на выручку придет весь род Кейн. Хотя и твоих теток будет достаточно.

***

Двор Мерхолла произвел на меня неизгладимое впечатление.

Здесь были разбиты яркие клумбы с диковинными цветами, над которыми вились многочисленные бабочки. На пушистых деревьях и крыше здания любопытные птицы перескакивали с места на место, а среди многочисленных студентов то и дело сновали разные зверьки.

Всего на территории, если верить путеводителю, стояло пятнадцать строений. Десять общежитий окружали пять учебных корпусов, в которых располагались тренировочные залы, административные помещения, столовая и библиотека.

Замерев, мы с моим фамильяром ­Луной с интересом рассматривали новый дом. Первокурсники выгружали вещи и питомцев, явно нервничая под ироничными взглядами старшекурсников. К нам медленно подтягивались парни, желающие поглазеть на новеньких. Шум во дворе постепенно нарастал, превращаясь в сплошной гул. Вдруг на центральной башне зазвонил колокол.

Красивая невысокая женщина, чьи волосы уже посеребрило время, цепким взглядом обвела собравшихся. Аккуратный вздернутый нос придавал лицу детское выражение, а губы, сложенные в розовый бантик, только усиливали это впечатление. Такая миниатюрная, но в то же время сильная — директриса вызывала уважение и восхищение.