Терновое сердце

— В ночь, когда ты упокоила матушку, она явилась к нему. — Иврос смотрел себе под ноги. — Отец так сказал мне, когда я вернулся. Сказал, что мама пришла за ним. Появилась на пороге. Не как восставший мертвец, а как дева в день их первой встречи. Она улыбнулась и попросила у него прощения. Сказала, что любила только его. И все это была большая ошибка, из-за которой она страдает каждый день. Что все это было ради меня и Нордвуда. Сказала, что заберет его, когда он сможет простить ее. И попросила передать мне, что стены бастиона крепче стали.

За ними мое наследие, которое она передать мне не успела. Он так сказал. Я не поверил. Решил, что он из ума выжил. А он сначала ворчал. Ругался на мать. Потом начал рыться в ее вещах. Показывал ее старые записи. Рассказывал о ней без умолку все, что помнил. И это будто забирало из него жизнь. Я злился. А он все говорил и говорил. А вчера утром лег. Вот так. — Он кивнул на отца. — И сказал, что прощает маму. Заснул и не просыпался до этого момента.

— Ив. — Гвин покачала головой.

— Ты должен был прийти ко мне раньше. Не к Мейхартам. Ко мне, Ив.

Ей захотелось протянуть руку. Коснуться густых темных волос, влажных от растаявшего на них снега.

Иврос поднял на нее глаза.

— Ты можешь ему помочь? — В вопросе теплилась надежда.

Гвин с трудом разлепила пересохшие губы.

— Ашада, — вновь тихо позвал Сархис.

Он говорил так тихо, что Гвин пришлось наклониться к нему.

— Ашада, ты помнишь Терновый Бастион? — Он улыбнулся. — Скажи. Ты помнишь?

— Да, — зачем-то ответила Гвин, гладя сухую морщинистую руку.

— Я помню.

Сархис усмехнулся.

— Я тоже. Ты была так красива. Моя лесная ведьма... Прости меня. — Он сипло закашлялся. — Моя импери... Если бы я только знал, не забрал бы... Я бы прожил с тобой там всю жизнь...

Он умолк. А Гвинейн зашептала. Так отчаянно, будто это ее отец лежал сейчас на смертном одре.

— Не уходи, старик, — прозвучал низкий голос его сына. — Не уходи.

Гвин чувствовала каждую жилку внутри немощного тела. Он угасал тяжело и мучительно. И ее попытки удержать его только делали больнее.

Сархис Норлан хотел уйти.

Адептка одновременно ощутила, как теплая струйка крови потекла из ее носа.

Как Иврос встал с места и потряс ее за плечо, позвав по имени.

Как повеяло холодом. Точно дверь открылась на распашку.

Она повернула голову к порогу.

Тонкая, едва заметная тень колыхалась у входа. Гвин могла поклясться, что видит в ее очертаниях длинные черные волосы и золотые глаза. И ласковую улыбку любящей женщины.