Однажды суровой зимой

Несколько мгновений Далейн от души радовался.

Лишь несколько мгновений. И дверь в библиотеку вновь отворилась. Вошел Кердас. С пустыми руками и выражением разочарования на лице.

- Мы опоздали. Орис приказал сжечь голову твари вместе с телом казненного предателя, - с досадой сообщил он. – Когда я вышел во двор, погребальный костер уже вовсю пылал. Уж простите, я не полез в пекло.

Великан вопросительно оглядел молчаливую картину.

- Я что-то пропустил?

Далейн тихо выругался, отворачиваясь к очагу. Он облокотился на резную каминную полку и опустил голову.

Малисса вздохнула. И с усталостью в голосе обратилась к Вендалу:

- Не первая наша неудача. Но это еще не конец. Мы остаемся в Кархолле, принц. Будь спокоен, мы защитим вас с отцом. Не могу говорить за Кердаса и Эстлин, но мы с Далейном точно остаемся. Да, родной?

Она наклонила голову, обращаясь к мужу.

- Само-собой, - отозвался красавец-нефилим, который продолжал задумчиво рассматривать пламя в камине.

- Брат? – целительница повернулась к могучему воину.

- Я не оставлю Ориса в такую пору, - подтвердил Кердас.

Он сел прямо на пол возле кресла сестры. С удовольствием вытянул ноги в тяжелых громоздких сапогах.

- Мы во всем разберемся, - добавил он.

Тогда Малисса обратилась к Эстлин. Чуть прищурила большие бирюзовые глаза, будто изучала реакцию девушки.

- Ньяли?

Вендал невольно заметил, как две знакомые морщинки пролегли меж бровями.

- Я должна подумать, - чародейка запустила пальцы в волосы, распуская их. – Но признаю честно, у меня были другие планы.

- Возможно, они изменятся после праздника, - лукаво предположила Малисса.

- Дай слово, что не станешь на меня давить и уговаривать, - попросила Авершам.

Принцу Кархолла невольно почудилось, что эта просьба адресована ему.

- Клянусь, - улыбнулась блондинка. И затем добавила: - Разве что в отношении наших нарядов на балу сегодня вечером.

Эстлин закрыла лицо руками, а Малисса засмеялась.

- Я уже выбрала изумительные платья, - целительница подмигнула сестре, которая посмотрела на нее сквозь пальцы.

- Украшения уже есть, - Вендал облизал губы. – Я говорил тебе о них, помнишь, Эстлин?

- Ты невыносим, - чародейке показалось, что эта фраза преследует ее.

- Что за украшения? – оживилась Малисса.

Но прежде, чем Вендал или Эстлин успели что-то ответить, Далейн повернулся к ним и с иронией произнес:

- Женщина, в этом деле столько дыр, а тебя волнует, в каких украшениях пойти с сестрой на королевские танцульки.