Ведьма по контракту

– Да ты… Да она… Ну, знаешь… – Не в силах закончить свою пламенную речь, которая целиком бы состояла из криков и нечленораздельных возгласов, я вышла из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

Возможно, об этом никто и не догадывается, но даже у болотниц есть сердце, которому не чужды все человеческие чувства.

Оказавшись за дверью своих покоев, я тут же уперлась во что-то широкое и твердое. Все еще тяжело дыша от обиды и злости, я не сразу сообразила, что за препятствие преградило мне путь. Сильная рука взяла меня за подбородок и приподняла его кверху.

Мои глаза встретились с двумя голубыми кристалликами льда, в которых отражались пляшущие огоньки свечей.

Я отступила и уперлась в закрытую дверь. Кроу по-прежнему продолжал смотреть на меня в упор, но руку все же убрал.

– Что стряслось, маленькая ведьма? – поинтересовался некромант, бросив взгляд на мое черное платье. При этом на его лице появилась улыбка.

– Все в порядке, – ответила я, потупив свой взор.

Делиться с Кроу тем, что меня тревожит, я была не намерена.

К тому же в моих снах он тоже неоднократно принимал участие. Пока не разберусь, что происходит на Мертвом острове, рот нужно держать на замке.

– Ты так забавно кричала, – улыбнулся он, обнажая белые зубы. – Я даже не решился постучать.

– Ты подслушивал? – вспыхнула я.

– Нет, что ты. Пришел напомнить тебе о том, что в полдень мы отправляемся на материк, – сказал некромант, сделав шаг по направлению ко мне. – Вдвоем, – уже тише добавил он, аккуратным движением заведя мне за ухо выбившуюся из прически прядь волос.

От нежного прикосновения его пальцев по шее пробежали мурашки, а сердце едва не выпрыгнуло из груди.

– Да, – прошептала в ответ, пытаясь подавить желание, которое пробуждалось во мне рядом с этим мужчиной. – Я помню, – кивнула головой.

Кроу удовлетворенно улыбнулся и направился вниз по винтовой лестнице.

– Я буду ждать тебя в саду, маленькая глупая ведьма, – сказал он, спускаясь по каменным ступеням, и его голос эхом отразился от серых стен башни, окутывая, словно кокон, мое бренное тело, готовое предать свою хозяйку в любой момент.

Я вернулась в комнату. Фердинанд по-прежнему сидел у окна и не обращал на меня никакого внимания. Подойдя уверенным шагом к прикроватному столику, на котором еще совсем недавно стояла моя любимая мандрагора, я извлекла из выдвижного ящика записную книжку в темно-красном переплете.