Последняя миссия купидона

Купидон и человек не могут быть вместе, это противоестественно. Я должен был лучше сопротивляться и контролировать себя. Во всем виноват я.

Голова гудела от потока разных мыслей, и я просто как трус скрылся в ванной комнате. Сев на край ванны, я пытался успокоиться и прийти в себя, но ничего не получалось. Что же я натворил?

Мне было страшно выйти из ванной и взглянуть в глаза Валентины, и я поступил как трус. Просто исчез из комнаты и перенёсся к себе в квартиру без всяких объяснений и предупреждения.

Глава 22

Оказавшись у себя в квартире, я замешкался. Оглядел себя и понял, что спер у девушки полотенце, а взамен оставил ей аккуратно сложенную стопку моих вещей в ванне.

– Блин! – воскликнул я.

Мало того, что я ее поцеловал, так еще и трусы ей в подарок оставил. Придурок, как я все это допустил? Как было бы славно, если бы всё было по-другому, но теперь я имею только это.

В голове вновь сплыли воспоминания, те самые, что вызывали у меня смешанные чувства. Я злился на себя за слабость, но то, что произошло, мне понравилось.

Надев спортивные штаны и белую футболку, я всё же попытался выкинуть всю эту чушь из своей головы. В этом мне должна была помочь ледяная вода. Плеснув пару горстей себе на лицо, я с облегчением выдохнул, глядя на свое отражение в зеркале над раковиной. Капли стекали по моему лицу.

«Я здесь и сейчас.

Казалось, мой разум начал трезветь, и я успокоился. Но стоило лишь прикрыть глаза на долю секунды, как я вновь увидел бездонные зеленые глаза, смотрящие с нежностью на меня, полуоткрытые губы, жаждущие прикосновения. Я вздрогнул и очнулся от наваждения. Открыв глаза, я смотрел на свое отражение в зеркале. Поднял руки к лицу и провел по щекам и лбу. Я чувствовал, что мое лицо все еще было влажным.

Я попытался вздохнуть, но не смог. Казалось, что легкие заполнились водой, а сердце бьется в горле. И я не мог ни пошевелиться, ни закричать, ни даже моргнуть. Это было похоже на сон, где ты пытаешься проснуться, но вместо этого погружаешься в него все глубже и глубже.

– Что это было? – спросил я себя, сжимая край раковины. – Ты ведь сам не знаешь, что ты делаешь. Что в ней такого? Почему она? Почему сейчас?

Кажется, я начинаю сходить с ума.