Нордшельский отшельник

За пройденную ночь ее гнев поутих, но она не хотела признаваться себе в этой глупой, необдуманной привязанности. Она строила стену в то время, что могла бы строить мост. Вместо удара хотелось просто поговорить, вместо криков хотелось понять. Вместо молчания хотелось дать прощения. Но она сжимала зубы от боли и тоски, что ее никто не сможет понять. Она и сама себя не могла понять, увидев своими глазами масштабы разрушений, которые приносили с собой Гемы.

Ведя коня чуть впереди, она неслышно молилась всем Богам, чтобы они ниспослали ей прощение, и успокоили взбередившую душу.

Невольно она вспомнила давний сон, и слова, которые позабыла в гуще событий.

Слова завертелись на языке, и девушка повторила их, словно мантру: «Раздели бремя с душой, что тянется к тебе. Отплати добром на добро. Лишь время сможет дать ответы на твои вопросы...»

Отплати добром на добро.

Жди, терпи, и все придет само. Как же.

Впервые она усомнилась в своих богах, когда гнев застилал ее взор, но она не осознавала, что уже невольно пустила зло в свое сердце.

*** *** ***

Когда все они собрались среди развалин Гореля, ее впервые удивил каменный властелин. Она и раньше видела вулкан издалека, черными оскольчатыми пиками поднимающийся за лесами, но вблизи он показался невероятным великаном. Сейчас он мирно спал, но что-то подсказывало эльфийке, что сон его очень чуток.

Пространство их поселения напоминало угли, залитые черной патокой. Из воды торчали бревна и палки – уцелевшие лишь там, где их покрывала вода – бывший причал, утративший свое великолепие – гордость народа.

Гидра куда-то исчезла, высадив своих наездников на берегу, и они расхаживали среди песков и камней, что-то выискивая, и бормоча проклятья на родном языке. Наконец они нашли, что искали – дом вождя. Точнее лишь то, что от него осталось.

Они вместе с хронами пытались сдвинуть каменную кладку фундамента с места, но залитый меж валунами раствор не поддавался, обоженный до невозможности силой огненной лавы, пролитой на этих землях.

Они обдавали его водой, обжигали огнём, силясь растопить, словно воск, но всё было тщетно. Палки, которыми они пытались всковырнуть и поддеть камень, ломались. Проведя весь день на солнцепёке, Лэниэль выбилась из сил, и то и дело отбрасывала с лица липнущие пряди волос. Нежная кожа на лице покрылась румянцем и пятнами. Она присела на один из камней, чтобы отдохнуть, и наблюдала за тем, как они пытаются подкопать песок в поисках зазора или иного пути к хранилищу.