Нордшельский отшельник

Она попыталась вытащить ногу, сделав шаг назад, но почва держала очень крепко, не желая отпускать пленницу.

— Прощай, сестра.

Она зажмурилась и вытянула руки в стороны, стараясь держать равновесие, и внезапно ее рука коснулась чего-то твердого и холодного, слегка покрытого шерстью и царапинами. Не желая расставаться с жизнью так скоро, она не раздумывая схватилась за опору, и что-то с силой потянуло ее на берег.

Упав на колени перед существом, она подняла на него глаза. Крупный дикий олень неподвижно стоял перед ее фигурой, не пытаясь напасть или убежать.

Наблюдал будто бы укоризненно, как смотрят на маленьких набедокуривших эльфят.

Взмолившись богам, она закрыла лицо руками, отчаянно и радостно, а затем потянулась к морде оленя, прильнув к нему лбом.

— Hante mellon[2], — прошептала она одновременно и зверю, и богиням, что послали его. Он немного взбрыкнул, отстранившись, и потерся рогами о ствол кривой ели.

— Надеюсь, я не причинила тебе вреда, — серьезно продолжила Лэниэль, — твои рога целы?

Олень лишь фыркнул в ответ.

Девушка огляделась, ощутив, как резко похолодели ее ступни. Ботинки все же остались утопать в грязи, и теперь медленно направлялись к самой кромке воды, чтобы раствориться. Она поежилась, решив, что рисковать жизнью ради этого не станет, и поднялась на ноги, чувствуя, как трава и камни неприятно впиваются в кожу.

Вечерело. Она решила пройти еще немного, чтобы уйти от этого проклятого места и заночевать, но, поддавшись сомнению, вернулась. Отравленная вода, что убивала все живительные свойства реки по течению дальше, не давала покоя.

Как же в ней выживали рыбки и другие живности?

С растущим чувством тревоги она развела костер около углубления скал, откуда хорошо просматривалось озеро. Сомнения грызли. Сможет ли она снять проклятый наговор? Ее молчаливый спутник, на удивление, остался около нее, в лесу, будто тоже раздумывал: не прыгнет ли ушастая в воду от отчаяния? Он медленно жевал травы и коренья, которые находил на живой лесной почве.

Лэниэль тоже решила подкрепиться. Хлеб за время ее пути немного зачерствел, поэтому она поджарила его в пламени. Хрустящий ломоть теперь грел душу и желудок, пока она перелистывала единственную книгу из своей походной сумки в поисках записей о мертвой воде. Ничего. Но и одними молитвами тут делу не поможешь.

Сон около разогретых поленьев сморил обоих, и в голове у нее мелькнула мысль, что сейчас есть проблемы и посерьезнее. К примеру, война.