Многоликий Янус (часть 2)

Проходя мимо собак, я только сейчас обратила внимание, что здесь их гораздо меньше, чем в псарне императора. Их было всего десять. Видимо, для того, чтобы загнать одну слабую девушку, псарю мало оказывается одной собаки! Я горько хмыкнула и направилась к дому.

Вернулся Иван с дровами и принялся учить меня варить пшенную кашу в печи. Если это весь его запас продуктов, то я, кажется, скоро кудахтать начну!

Но я внимательно слушала, стараясь всё запомнить. Во-первых, мне не хотелось злить своего «спасителя», пока не придумаю способ побега, а во-вторых, научиться на самом деле не помешает.

— А где мы будем спать? — нарушила я затянувшееся молчание.

— Спать? — удивленно посмотрел на меня Иван. — Там кровать за ширмой, а завтра пойдем домой!

Отвлекшись от неприемлемого для меня способа ночлега с посторонним, по сути, мужчиной, услышав новую для себя информацию, переспросила:

— Пойдем домой?

— А ты что думала? — ухмыльнулся псарь.

Я рассеянно кивнула. Мужчина лишь сокрушенно покачал головой, словно удивляясь моей непроходимой тупости.

— Здесь нас сразу найдут! У меня есть свой дом в глуши. Там нас никто не потревожит, — проговорил он тихо.

А у меня по телу пробежал табун мурашек, пытаясь спрятаться в моих волосах. А я вздрогнула от «чудесной» перспективы всю жизнь прожить в самой глухой лесной чащобе, видя лишь одного-единственного человека, своего самозваного мужа.

Когда уже за окном стало смеркаться, и по дому поплыл божественный аромат пшенной каши, с улицы послышался топот множества копыт, а у крыльца — голоса мужчин. Один из них громко произнес:

— Ждите меня здесь! Я справлюсь у хозяина о дороге в столицу!

Моё дыхание резко перехватило, а сердце забилось в бешеном ритме.

— Оливер! — выдохнула я и бросилась к двери.

Глава 32. В поисках жены.

Замок графа Лариона Саяна.

Оливер Райли

- Как это, три письма?

Я буквально упал в кресло от такой новости! Ведь моим намерением было немедленно пуститься в путь, лишь только будет получено известие, где именно в последний раз видели мою жену. А что теперь? Мне же не разорваться на три части?

— Дай сюда, — я протянул руку, в которую дрожащий, как осиновый лист, лакей тут же вложил мне письма.

— Ступай!

Тот, кланяясь, немедленно испарился.