Многоликий Янус (часть 2)

Мысленно я содрогнулся, только сейчас разглядев чересчур бедную комнату. Обитые выцветшей бежевой тканью стены имели сероватый от пыли вид. Из обстановки имелось лишь старое кресло рядом с маленьким столиком на тонких качающихся ножках, такая же старая рассохшаяся кровать да узкий покосившийся шкаф. А для тепла или хоть какого-то уюта в комнате не было ни камина, ни даже половика у кровати. А ведь еще только конец лета! Как же здесь должно быть холодно зимой! Я бросил взгляд на рассохшуюся деревянную оконную раму с облупившейся голубой краской и представил, как в нее сквозь многочисленные щели дует холодный ветер.

Да, нужно срочно приводить дом в порядок! А женушка пусть еще здесь немного поживет, надеюсь, сумеет сделать хоть какие-то выводы.

Я перевел взгляд на Аврору. Она все также сидела в кресле и, прищурившись, внимательно смотрела на меня и молчала, что уже было удивительно! Обычно она за словом в карман не лезла. Тем более что у нее явно имелось, что мне сказать. Ну да ладно. Цель визита у меня была другая, чем пытаться выяснить причину ее странного поведения.

— Аврора, — нарушил я затянувшееся молчание. — Я завтра с утра еду по делам в город, но перед этим планирую заехать к твоему отцу. Если хочешь, можешь поехать со мной! Погостишь у него несколько дней, а потом я тебя заберу на обратной дороге. Как тебе такое предложение?

После моих слов лицо девушки исказилось от злости, и она в ярости прошипела:

— Погостить у отца? Кого ты называешь моим отцом? Того предателя, который, как только от меня избавился, признал своими дочерьми двух простолюдинок? Ты его называешь моим отцом!?

Аврора скинула с себя плед и встала с кресла.

Я же еле удержал на своем лице невозмутимое выражение! Или не удержал. Так как в глазах жены промелькнула торжествующая искорка.

Девушка была одета в практически прозрачную сорочку телесного цвета. Сквозь тончайшее кружево просвечивала ее высокая грудь с темными холмиками сосков. Тонкий стан красавицы плавно переходил в крутые бедра, внизу которых виднелся темный треугольник.

Мгновенно охватив взглядом этот волнующий кровь вид, я поднял глаза на лицо Авроры. Ее глаза горели зеленым огнем, но в них не было, ни смущения, ни вожделения, лишь злое торжество и вызов. Я, молча, развернулся и вышел из комнаты. Собственно, ответ я уже получил.

Наутро я приторочил к седлу тюк со сменными вещами и с первыми петухами двинулся в путь. По холодку и с ветерком я быстро домчал до замка моего любимого тестя.