Ведьма

— Ты прошла инициацию, сама, без помощи, на одних эмоциях, — только сейчас я поняла что он представляет собой всего лишь полупрозрачный силуэт, находясь где-то очень далеко от меня, — и должна провести сутки в том месте, где это случилось. Ты знаешь правила, Малика! — у меня потемнело в глазах.

Желая лишь одного — оказаться как можно дальше от всех, я поставила себя в условия, когда сама сила не позволит мне покинуть пределы этого дома. Я не видела, но чувствовала как меня окутало радостно лизнувшее ладони тёмное пламя, искры от которого мгновенно подпалили покрывало, поднимаясь чёрным пламенем по столбам кровати.

— Ненавижу! — выдохнула, сделав два порывистых шага, но наткнулась на испуганный бабушкин взгляд.

В глубине её зрачков отражалась я — с неестественно яркими светящимися зелёными глазами, взметающимися от порывов несуществующего ветра волосами и в платье рубинового цвета с отделкой из невесомого ажурного кружева, которое выбрал для меня Ким. Она действительно меня боялась!

И тем сильнее был контраст, стоило мне взглянуть на демона.

Смотрящего на меня с неприкрытым искренним восторгом, впервые не скрывающего за вечной иронией ни единой мысли и совсем не беспокоящегося о сохранности собственного дома, разнести который я могла одним неосторожным движением ладони. Изучающе склонив голову, я настороженно наблюдала за его приближением, но почему-то не возразила, когда он меня обнял.

— Хранителю придётся пожалеть! — пообещал Ким и коснулся моих губ лёгким поцелуем.

— Эта театральщина была обязательна? — недовольно поинтересовалась Абигалина Рамитриевна, глядя как он бережно укладывал Малику в своей спальне. — Нельзя было сразу её усмирить?

— И пропустить такое зрелище? — не говорить ведь, что при виде ведьмочки, хотя теперь уже инициированной тёмной ведьмы, у него банально перехватило дыхание и первые несколько мгновений он, прожжённый семисотлетний демон, просто стоял и любовался Маликой в самом лучшем из её воплощений.

— Она могла выгореть, бредкий ты туес! — по-стариковски всплеснув руками и, не в силах удержаться пока он закрывал дверь спальни, она последний раз оглядела Малику тревожным взглядом.

— Не в моём присутствии, — это заявление не было бравадой и ей это было известно не хуже него.

— Где этот выпороток из высших сфер? — презрительно обронила Абигалина Рамитриевна, пытаясь сделать вид, что этот вопрос её совершенно не интересует.