Ведьма

— И почему?

— Потому что ты ещё ничего не знаешь об этом мире, — улыбнулась она, — и в течение месяца после твоего двадцатилетия никто не имеет права ни к чему тебя принуждать, даже если ты понятия не имеешь что происходит.

— А если это не будет принуждением? — спросила я, под проницательным взглядом бабушки опустив глаза.

— Девочка моя, — она пересела ко мне, приобняв за плечи, — чего ещё только не будет в твоей жизни и, поверь, знакомство с демоном — не самое сложное испытание.

— А что, бывают сложнее? — нервно хмыкнула я.

— Представь, что все, кого ты знаешь рано или поздно умрут, — едва слышно произнесла она, — родители, друзья, все твои близкие, а ты так и останешься молодой и цветущей.

— Ба! — я крепко обняла её в ответ, радуясь, что в ближайшее время это мне не грозило.

— Его звали Аштериэнд, — внезапно призналась она и коснулась простого крестика на шее, который никогда не снимала, и он стал широким золотым кольцом, висящим на цепочке. — Демоны бывают разные, Алечка, и рано или поздно найдётся тот, кто окажется сильнее, хитрее и беспринципнее.

Так вышло и с ним. Ведьмы исключительны, — встав, она прошлась до окна, — особенно в паре с демоном, но мало кому из них удаётся склонить кого-то из нас к браку.

— Почему? Тем более, если это сулит столько благ!

— По сути своей демоны не просто собственники, они — тираны, — оперевшись о подоконник, она взялась меня просвещать, — однако, и ведьмы не так однозначны. Несмотря на долгую жизнь, одиночество надоедает лишь некоторым из нас.

Мы слишком свободолюбивы, Аль, и для счастливой жизни нам не нужен мужчина, поэтому ведьма остаётся с избранником лишь по большой любви, а, как ты понимаешь, сложно воспылать подобным чувством к самоуверенному наглецу, только и ожидающему момента чтобы запереть тебя в собственном поместье, не позволяя даже близким оскорблять взглядами своё единственное сокровище.

— Тебе не кажется, что всё это малость устарело? — мне с трудом верилось, что такое отношение к женщинам может сохраниться ещё где-то, кроме архаичных стран Востока.

— Я не буду тебя переубеждать, — хмыкнула она, — придёт время и ты сама всё увидишь, но, как по мне, Искимертад относится к другой категории демонов.

— И к какой же? — потерев лицо, спросила я.

— Прогрессивной, если его можно так назвать.

— Ба, мне кажется или ты вовсю склоняешь меня к связи с Кимом? — сложно сомневаться, если собственная бабушка смотрит на тебя с хитрым прищуром.

— Он мне симпатичен, — призналась она, вставая.