Моя строптивая жена

Илиниэль придется смириться с этим и учиться жить по новому.

Заняв одну из спален, недовольно осмотрелся по сторонам. С этой пылью и грязью нужно что-то делать, спать в такой комнате просто невозможно. В шкафу нашел постельные принадлежности, несколько одеял и сменные простыни. Так что спать на грязных покрывалах не пришлось, но при каждом движении в воздух поднимались многолетние запасы пыли. Дышать становилось тяжело, но наводить порядок ночью я уже не решился.

Кое-как улегся на старенький матрас, местами продавленный и бугристый, и попытался заснуть.

Сон, как назло, не шел. Все еще чувствовал жаркий взгляд Илиниэль на своей коже. Когда я обернулся, чтобы она смогла полностью оценить меня как мужчину, увидел яркий румянец на ее щеках и не смог сдержать смешок. Она такая милая, когда смущается. Кажется, в такие моменты я вижу ту маленькую девчонку, в которую влюбился с первого взгляда.

Я стал работать на ее семью много лет назад, будучи взрослым и самостоятельным эльфом, а Илиниэль была подростком.

Красивая девушка смотрела на меня с интересом, но с каждым годом ее взгляд менялся, становился надменным и озлобленным. Элира Лауриэль сделала все, чтобы превратить свою дочь в монстра. Хотя я видел, что сначала Илиниэль была в ужасе от увлечений матери. В какой момент все изменилось? Когда хрупкая девушка с невероятными глазами и звонким смехом превратилась в безжалостное чудовище, а главное — почему? Я часто думал над этим вопросом и пришел к выводу, что моя жена не хотела такой становиться, но, чтобы добиться материнской любви, превратилась в ее подобие.

Моя милая Илиниэль, я найду способ спасти твою душу, научу любить и заберу всю боль, что ты испытала. Вместе мы сможем вытравить тьму из твоего сердца, даже если на это уйдет вся жизнь.

С этими мыслями я погрузился в сон, но и в нем не было покоя от моего безумия. Мне снилось прекрасная лесная поляна, залитая светом, с множеством цветущих растений. Их терпкий запах витал в воздухе, заполняя легкие. Пару раз глубоко вдохнув, я сделал первый робкий шаг, как вдруг меня остановили чьи-то теплые объятия.

Нежные прикосновения теплых рук, на обнаженном торсе и робкий поцелуй у основания шеи пронзили тело, словно удар молнии. Ноги подкосились, и я стал задыхаться, опьяненный любовью и восторгом.

— Люблю тебя. — Это точно был голос Иллиниэль, я бы не смог его спутать ни с чьим другим.

В горле запершило, я крепко ухватилась за ее руки, боясь, что она сбежит или исчезнет.