Зелье обманчивой страсти

– Хватит играть со мной! – неужели в её голосе сквозит отчаяние?

- Маленькая моя, рыжая ведьмочка, рыжинка моя, - он прекращает целовать солоноватую, покрасневшую кожу затылка, плеча, чувствительное местечко за ушком, оборачивает к себе лицом, осторожно удерживая за оголённые плечи. Он тоже дышит прерывисто. - Я с тобой не играю, больше нет. Неужели ты не поняла?

- Что я должна понять?! Что? – по мягкой нежной щеке бежит маленькая солёная капелька. Неужели она видит в его необыкновенных глазах боль? Нет, этого не может быть! Ей кажется!

И вдруг он наклоняется к ней близко, обнимая одной рукой за талию и прижимая к себе, а другой зарываясь пальцами в растрёпанные волосы.

От причёски уже давно ничего не осталось.

- У твоего зелья при определённых условиях есть и обратная сторона медали, - шёпот с самое ушко, жаркое дыхание совсем рядом.

- Что… - Мая замирает, как громом поражённая.

Молодой мужчина отстраняется и со слабой улыбкой смотрит на свою несостоявшуюся любовницу.

- Запомни, я тебе сказал, пригодится, - и он щёлкает её по маленькому носику, а затем, пока потрясённая девушка не очнулась, наклоняется, чтобы поцеловать её.

Горячие и такие знакомые губы касаются её. Прикосновение сначала лёгкое, быстро становится страстным, жарким, объятия крепкими, а из головы уносятся все мысли. Она даже не понимает, как оказывается на кровати, среди развороченных простыней и полного отсутствия подушек. Где она? Что с ней? Кожа горит, там, где касаются его губы, руки… Пальцы сами впиваются в широкие плечи. Когда одежда успела исчезнуть?! И ладно!!! Она только мешает!

Вдруг её любовник перестаёт целовать её грудь, а на её возмущённый тихий стон улыбаясь какой-то грустной улыбкой говорит:

- Нет, моя милая, хватит, тебе пора вставать, - и касается очередным поцелуем разгорячённой кожи.

- Но… - она дышит сипло, почти не соображая.

- Просыпайся, любимая….

}

- А-а-а! – стук получился глухим, так как Мая умудрилась упасть с кровати, завернувшись в одеяло. Дыхание перехватило не хуже, чем во сне.

Девушка чертыхнулась и попыталась выпутаться из плена ткани, но спросонья получалось плохо.

- Опять кошмар? – раздалось со стороны подоконника. В свете луны и ночных фонарей легко можно было разглядеть, как зашевелились листики грациозной белой орхидеи. К слову, цветочек являлся единственным растением на подоконнике. Подобно многим модницам, Хидя не любила конкурентов, разве что засушенных для зелий.

- Нет, отголоски прошлого, - устало вздохнула девушка.