Зелье обманчивой страсти

Она наняла нескольких вышибал для устрашения особо буйных клиентов (при новой их количество сократилось вдвое), следила за здоровьем девочек, их комнатами, и как результат – Публичный дом матушки Розеллы считался лучшим в Эрбии, а девушки самыми красивыми. Богатые и уважаемые мэтры города обожали это заведение и с удовольствием оставляли там внушительные суммы. Увы, те времена прошли быстро. Новая владелица мигом уничтожила наследие своей предшественницы. Вот с одним таким «осколком наследия» и разбиралась Мая.

Девушка запнулась о ножку табуретки. Укрепляющее зелье, сделанное Ириусом, закончилось ещё вчера утром, жаль. Сделать новое Майосотис просить не стала. Выгнала из лавки мужчину, разве что не шипя вслед. Как результат слабость, заплетающиеся ноги и миска с травяной кашей насыщенно-изумрудного цвета на полу мастерской.

- Вот же, морайнцы всё побери! – прошипела зельеварка. – Опять делать заново! – остатков варева на самом большом осколке не хватило бы для даже разбавленной дозы в одном из очень важных настоев, но Мая с шипением собрала каждую капельку на каждом осколочке и осторожно перелила всё в одну миску. Потом найдёт применение. Хозяйка лавки трав не любила разбрасываться ингредиентами для своих зелий, ни одной щепоткой, ни одной каплей.

- Ты настоящий жлоб, - заявила орхидея Хидя со своего насеста. Стопка книг, как раз удобно была расположена пол самым маленьким окном. Стекло в окошке давно никто не протирал или оно само по себе было замутнено, знала наверно только Мая, но свет из этого окошка самый, что ни на есть естественный, пробивался сквозь пучки трав, и высушивал их согласно древнему рецепту. Больше окошек в мастерской не существовало. И правильно, зачем лишние глаза в приготовлении настоев и зелий?

- Скорее бережливая хозяйка, - фыркнула Мая.

- Отлично, осеннее солнышко то, что нужно для моих старых листиков, пусть и солнышко не видно из-за туч, - мигом отозвалась Хидя, шевеля «старенькими» листиками подозрительно насыщенно зелёного цвета. – Кстати, когда ты мне подкормку уже выдашь, я загнусь тут скоро на обычной воде, – возмущённо начало качать права вредное растение.