Алгоритм безумия

– Обработай рану и ложись спать. Я буду ночевать на полу, можешь не переживать, – сухо ответил Алгард и вышел, даже не посмотрев на Тэссу.

Она проводила его растерянным взглядом. Стараясь не медлить, обработала ссадины и юркнула под одеяло. Хоть рубашка и прикрывала все, что надо, но все же была слишком короткой для стеснительной Тэссы. Зарывшись лицом в подушку, она постаралась ни о чем не думать, но выходило плохо. Она все прислушивалась к звукам и пыталась понять, что делал Алгард и о чем с ним говорить, когда он вернется? Или вообще не говорить? Он, наверное, и сам не захочет.

Наконец, шум воды стих, щелкнул замок, и мерные шаги по комнате оповестили Тэссу о том, что Хелмин вернулся. Над замершей под одеялом девушкой нависла тяжелая тень, казалось, что она ощутила ее давление, но длилось это ощущение всего пару секунд. По легкому холодку Тэсса поняла, что Ал забрал вторую подушку и покрывало. Потом щелкнул выключатель лампы, послышалось тихое копошение, и все звуки стихли.

Тэсса повернула голову – в темноте вырисовывался размытый силуэт сталкера, и лишь воображение дорисовывало суровый профиль и рассыпанные по подушке волосы.

Сон не шел.

– Спишь?

Тэсса открыла глаза и удивленно повернулась к Алгарду. Его самого видно не было, только голос в темноте. Она после секундной паузы ответила:

– Нет. А ты?

Глупый вопрос, но Хелмин, как ни странно, не стал его никак комментировать.

– Почему ты вернулась? – спросил он.

Вот так, прямо, не ища обходных путей. Тэсса подумала, что в этом весь Алгард, и пусть она не видела его лица, живо представляла себе серьезный взгляд темно-синих глаз из-под вечно нахмуренных бровей. И его вопрос ожидаемо поставил ее в тупик. Тэсса заворочалась под тонким одеялом, подтягивая к груди замерзшие колени. Странно, но повисшая в воздухе пауза совсем не напрягала.

– Почему? – она тихо вздохнула. – Потому что так правильно.

Она не знала, почему ответила именно так. Это было первой мыслью, пришедшей в голову.

– Ты могла бы остаться с ним. С тем доктором. Он любит тебя.

Этой темы Тэсса боялась больше всего. Темнота удачно скрадывала румянец на щеках, но неловкость в голосе, увы, скрыть не могла:

– Он… Разве это важно? Почему ты говоришь мне это?

Послышался шорох покрывала – похоже, что мужчина тоже пытался принять удобную позу. Теперь его голос, куда более теплый, чем днем, слышался немного ближе.