Алгоритм безумия

Тэсса отпустила дверную ручку. Ей открылась просторная крытая терраса, выходящая на задний двор. Солнце уже давно взошло и воздух больше не обжигал легкие холодом. Девушка подошла к перилам и подставила лицо теплу, легкий ветерок пробежался по коже ласковыми пальцами. А потом в голове всплыл тот голос. Будет дождь, сказал он. Раньше в ее видениях никогда не было голосов, только черно-белые давно выцветшие картинки с редкими всполохами цветных пятен. Тэсса опустила голову на сложенные руки, сгорбившись под тяжестью своих невеселых мыслей.

«Береги себя».

Алгард услышал громкий топот, и в кабинет, перерытый им сверху донизу, ворвалась взлохмаченная Тэсса.

– Он должен быть где-то здесь! – с безумными глазами в поллица она зашарила по стене, постукивая по ней костяшками пальцев. – Я уверена!

Мужчина хотел остановить ее, но передумал. За странностями своей попутчицы он едва поспевал, но изо всех сил старался не обращать на них внимание, хотя это становилось все сложнее и сложнее. Девушка раздраженно ударила по стене кулаком и выругалась.

– Черт! Проклятие! Где же он?

Хелмин отложил свое занятие и подошел ближе. Тэсса еще раз от души стукнула ни в чем не повинную стену и вдруг метнулась к столу, откатила в сторону кресло и опустилась на колени:

– Здесь. Ошиблась немного, – тихо пробормотала она, царапая обои ногтями. Алгард присел рядом, с любопытством следя за ее хитрыми манипуляциями. Тэсса, наконец, подцепила шов, и старая бумага с легкостью отошла от стены. Точнее, от замаскированной дверцы тайника.

Тайник был пуст.

– Дура! – вырвалось у мужчины. Она хотя бы понимает, что могла нарваться на ловушку?

Тэсса подняла на него влажно блестящие глаза и пробормотала растерянно:

– Невозможно. Я же была уверена, что… Не важно, уже не важно.

Понимая, что она вот-вот расплачется, парень поспешил ее отвлечь.

– Это что только что было?

– Я… я не знаю.

Он оттащил девушку в сторону, почти силком усадил в кресло, опасно скрипнувшее под ее весом. Тэсса провела рукой по лицу, смахивая слезы и не замечая, что размазывает грязь.

Когда она стояла на террасе, греясь на солнышке, она кое-что увидела. Даже не так – она что-то почувствовала, и чувство это полностью завладело разумом.