Алгоритм безумия

И где она теперь, эта Лиенн?

Тэссу снова пихнули в бок, на сей раз случайно, но, уже изрядно взвинченная, она поспешила покинуть шумную давку и, не стесняясь, сама начала раздавать тычки направо и налево, пока не вышла к заднему коридорчику. Здесь было чуть тише, но так же темно, только над дверью в уборную светила одинокая лампочка. Если тому волосатому типу удастся разыскать владельца, пусть заодно предъявит ему претензии по поводу освещения.

Потом Тэссе стало не до посторонних мыслей, когда какая-то парочка прямо у нее на виду привалилась к облупившейся стене и начала самозабвенно целоваться.

– И как не стыдно, – пробормотала Тэсса, отводя взгляд. Она, конечно, уже не девочка-подросток, но есть же правила приличия!

Девица оторвалась от своего парня и презрительно фыркнула:

– Чего уставилась? Присоединиться хочешь?

Тэсса поспешно отвернулась и протиснулась мимо в дверь уборной. В легкие хлынул сигаретный дым, который заменял здесь воздух, в горле запершило, и Тэсса схватилась за грудь.

– Не хочешь затянуться? – какая-то незнакомая девица сунула ей под нос кулак, и Тэсса отшатнулась.

– Нет, спасибо, я ищу… – она не договорила, увидев еще одну парочку, страстно обнимающуюся прямо в женском туалете! Руки мужчины нагло задрали платье девушки и вовсю щупали ее бедра. Та не сопротивлялась, напротив, бормотала что-то ободряющее, водила ладонями по широкой спине. Тэссу бросило в жар. Она сделала шаг назад, и вдруг развратная девица посмотрела прямо на нее.

– Тэсса?

– Лиенн?

– Тэсса, ты… Да пусти уже, я передумала, – Лиенн Цоминь, лучшая подруга Тэссы и старший лаборант Научно-исследовательского института прикладной генетики и вирусологии, отпихнула своего ухажера.

Она гордо одернула платье и взяла Тэссу под локоть:

– Идем, дорогая.

Тэсса не успела и слова сказать, как оказалась выпихнута в коридор.

– Стой, Лиенн, мы не закончили, – мужчина грубо дернул Лиенн на себя, и та поморщилась. Тэсса оглянулась назад, туда, где слабо светилась вожделенная табличка “выход”.

– Оставайся, – бросила она подруге и сжала кулачки. – Оставайся, а я пойду домой.

И, пока не передумала, она рванула к выходу и выдохнула, только оказавшись на пустой холодной улице.

Темное, наполненное шумными и не совсем трезвыми людьми, помещение, Алгарду Хелмину не нравилось совсем. Музыка и крики давили на уши, от моргающих лампочек рябило в глазах.