Алгоритм безумия

И вот уже она в темноте, связанная, избитая, без надежды спастись. Тот, кому она бессознательно верила, сам притащил ее сюда. Тэсса всегда слишком доверяла людям.

Вызывающий ужас лязг дверного засова заставил ее вздрогнуть и сжаться. Снова уколы! От них кружилась голова и было невозможно сосредоточиться. В темницу проник узкий электрический свет, и шаги, легкие и осторожные, не могли принадлежать никому из тех, кто приходил сюда ранее.

– Тэсса? – голос, определенно женский, был будто знаком, но откуда, уже не вспомнить.

Луч фонаря скользнул по лицу, и Тэсса поспешно зажмурилась, не сдерживая болезненного вскрика. Теплые пальцы прикоснулись к побагровевшим синякам, причиняя боль.

– Ай! Прости, пожалуйста! – незнакомка отвела фонарь в сторону и склонилась к девушке. – Меня зовут Лорейн Дит, я подруга Джошуа и Алгарда.

– Ло… рейн? – Тэсса попыталась сконцентрироваться на своих воспоминаниях, однако мысли по-прежнему разбегались. – Я не… Правда Лорейн?

– Ага, – она отвела волосы Тэссы назад с лица и снова заохала.

Тэсса потрясла головой, стремясь упорядочить бешено скачущие мысли. Лорейн. Она должна ее вспомнить! Ведь это та красотка, которая назвала ее скучной?

– Лорейн! – сердце Тэссы переполнилось радостью. – Я помню! Но откуда ты здесь?

– Мы с Алексом узнали о заговоре в институте и что на вас открыли охоту.

– Помоги мне! – Тэсса дернула связанными руками. – Я должна сбежать, Алгард наверняка ищет меня везде! Надо уйти прежде, чем он придет, это может быть опасно для него.

Лорейн замерла в нерешительности:

– Придет за тобой? Ты уверена?

– Конечно, он же дал слово! Скорей... развяжи меня!

Лорейн быстро оглянулась на дверь и вдруг испуганно всплеснула руками:

– Кто-то идет! Если меня обнаружат, обеим несдобровать.

С этим словами она погасила фонарь. Дверь скрипнула, щелкнул замок. Тэсса снова осталась одна в промозглой темноте. А надежда была так близка.

В ожидании возвращения Дит, она снова задремала, точнее, забылась беспокойным, похожим на галлюциногенный бред, сном. В нем ее тело горело в голубом огне, и человек, который казался родным, но был незнаком ей нынешней, держал ее за руку и говорил, что это ради блага всего мира.