Алгоритм безумия

Я забрал дневник у трупа, но тот мертвец был довольно молодым, умер от выстрела в голову.

– Я видела это, – внезапно тихо произнесла Тэсса. – Иногда, касаясь предметов, я вижу их прошлое. В доме, где Алгард нашел дневник, я видела странные вещи, произошедшие там много лет назад. Мне кажется, что я была там когда-то. И когда дотронулась до той папки. Твоя рука, я узнала ее по фенечке.

А еще под ней был уродливый шрам, но о нем Тэсса сказать не решилась, слишком интимно, слишком… слишком ее не касается. Словно почувствовав ее эмоции, Ал обнял Тэссу за плечи одной рукой и прижал к себе, впервые так открыто.

– И как же дневник Кромберга попал обратно в окрестности Фэйтвилла, если он оттуда проделал путь аж до Чаровска? – задал вопрос Беккер. – Вернулся обратно? Но зачем?

Языки огня тревожно колыхались, отблескивая от очков Николаса, и, угасая, медленно погружали площадь во тьму.

– Я не знаю. В письме, что мне подкинул Хьорне, Кромберг писал, что отчаялся.

– Ты догадываешься, что это были за эксперименты? – снова спросил Беккер.

– Мне кажется… Я думаю, что они пытались как-то модифицировать мутацию дементисов, – сказала Тэсса. Он уже думал об этом, но доказательств по-прежнему не хватало. – Кромберг в чем-то винил себя. Возможно, эксперименты дали не тот результат, что ожидалось.

– Или дали, – тихо заметил Беккер и задумчиво поджал губы.

Фернанда выслушала все и снова заговорила.

– Ладно, что там с дневником?

– Он был неполон, не хватало последних страниц, – ответила Тэсса уже более уверенно. – Я думала, что в них содержалась формула для изготовления лекарства, но листы пропали. Найти их помогла София. Правда тогда мы ничего не успели прочитать, потому что Хьорне забрал их у меня. Нет, не так, – Тэсса решительно выдохнула, прежде, чем признаться. – Я сама их ему отдала.

Она ожидала бури осуждения, обвинений в трусости или даже предательстве, но все молчали, лишь рука Хелмина крепче обхватила ее плечи.

– Очень интересно, – Фернанда не выглядела удивленной. – А что это за София такая?

Пальцы Ала напряженно сжались на плече Тэссы. Он никогда не говорил с ней о Софии, но Тэсса могла догадываться, что чувства, которые он испытывал, и возможно испытывает до сих пор, невозможно передать словами. Каким бы сильным Алгард не казался внешне, внутренняя пустота была сильнее.