Алгоритм безумия

Несколько секунд он тупо смотрел перед собой, а в голове, словно пчелы над ульем, роились мысли, одна страшнее другой. Он судорожно втянул ртом воздух, издав громкий болезненный стон. Николас вздрогнул от неожиданности.

– Тэсса, – пробормотал сталкер, пытаясь подняться на ноги, но выходило плохо. Перед глазами плыли круги, иногда перебиваемые пугающими видениями, проецируемыми воображением. Потом зрение прояснялось, и Алгард в эти короткие мгновения пытался ухватить верткую нить ускользающего сознания, но все снова повторялось сначала.

Нет. Только не это! Тэсса!

Хелмин извернулся, захлопал себя по карманам и не сразу сумел достать свой КПК. В темноте блеснула подсветка, пальцы ловко забегали по экрану, открывая окно навигатора. Ал с трудом сумел подняться на ноги и, оттолкнувшись от стены, в два тяжелых шага достиг двери и едва не рухнул рядом.

– Эй! – он неуверенно стукнул кулаком по деревянной поверхности, и с другой стороны тут же отозвались.

– Чего тебе?

– Девушка! С нами была девушка, где она? – Алгард прижался к двери и с немой мольбой закрыл глаза, ожидая приговора.

– Какая еще девушка? Не было больше никого, – отрезал голос за дверью, и все стихло. Нервно зашуршал в своей соломе Николас, хрустнули костяшки его пальцев. Едва удерживаясь на ватных ногах, Алгард сильнее впился руками в дверь.

– Как же так? – вопрос прозвучал растерянно. – Она должна быть там, – уже громче и уверенней добавил Алгард, снова стукнув кулаком по двери, но в этот раз никто не ответил. – Откройте! Мы должны ее найти! Она может быть жива!

Ответом на крики снова была лишь тишина, но Алгарда это не успокоило.

– Немедленно откройте дверь! – проревел он изо всех сил, и если бы в сарае были стекла, они вряд ли бы выдержали такую атаку. Лейфгунд вжал голову в плечи, а сталкер даже не думал успокаиваться, сопровождая свой рев стуком в дверь, подключив к кулакам теперь еще и ноги.

С каждой фразой голос его становился все тише, пока он, наконец, не рухнул на колени.

– Пожалуйста... спасите ее.

И затих ненадолго, но уже через пару минут принялся за старое. Когда руки, разодранные в кровь, почти перестали слушаться, Алгард начал пускать в ход все, что попадалось под руки.