Кот в мешке и прочие неприятности

Тина заливисто засмеялась, приводя в восторг Бона, который тоже начал скакать и кружиться вокруг нас.

— Успокойтесь, девочки, и ведите себя прилично, — тут же осадила нас мама. — А вам, милое создание, вообще в доме не место, — Бону тоже досталось.

— Ты, наверное, очень устала, Мари, давай пойдем отдохнем, — папа обнял маму и ласково поцеловал в висок, отводя от нас удар.

Так, под папиным прикрытием, мы как мышки пробрались к лестнице и оттуда наверх в мою спальню.

— А где пушистик? — тут же поставила меня в тупик Тина.

— Он… — мысли хаотично заметались в голове. Пошел погулять? Сбежал? Бон его съел? Нет, последнее точно не вариант. Пес еще отравится.

— Мяу, — с подоконника спрыгнул знакомый серый прохвост и направился к нам.

Даже не думала, что буду так рада появлению пушистого засранца. Пока я тщательно пыталась скрыть свои чувства, Тина вовсю тискала нашего найденыша.

— Можно Пушистик сегодня будет спать со мной? — спросил невинный ребенок, даже не подозревая, какую гадюку собирается пригреть на груди.

— Нет, Ти, — строго ответила я. В детских капризах давать слабину никак нельзя.

— Мрр, — тут же послышалось довольное урчание с подушки. Кажется, кто-то усатый принял мои слова слишком близко к сердцу и я тут же поспешила осадить его.

— Забыла, что сказала бабушка? Кот будет спать на кухне, или нам с ним и вовсе придется попрощаться.

Ребенок понятливо вздохнул, шутки с бабушкой плохи, а вот кот состроил такую печальную моську, что мне даже приятно стало.

— Тогда можно я останусь у тебя? — неожиданно попросила Тина. Несмотря на близкие отношения с племянницей, совместные ночевки были не в нашем духе и эта просьба настораживала. Я сгребла ее в охапку и притянула к себе, ангелок наш ожидаемо зашмыгала носом и выдала наконец, что ее терзает: — Пообещай, что ты не бросишь меня.

— Никогда, — заверила я горячо любимую племяшку.

— Но ты же скоро уедешь в Пристол?

— Это ведь не другой конец света, верно? И еще я кое-что для нас приготовила.

— Что подарить? — глаза малышки наполнились азартом, а о грусти было забыто на раз.

Из своего стола я достала два парных медальона на шелковых лентах. С виду ничего особенного, но был в них маленький секрет. Оба можно было открыть и поместить внутрь две фотографии, что мы тут же и проделали, изрядно покромсав семейный альбом.

— Видишь, я всегда буду с тобой теперь, а ты со мной.