Кот в мешке и прочие неприятности

— Третий раз уже спрашиваю, — притворно вздохнул оборотень, недовольно цокнув языком вдобавок.

Я повернула к нему голову и, кажется, потеряла дар речи. Килан раскинулся по-хозяйски на тахте, положив руки под голову. А еще он проигнорировал рубашку, и отсутствие последней его ничуть не заботило. В отличие от меня, разумеется. Полумрак в комнате вместо того, чтобы скрывать наглеца, выгодно подчеркивал его поджарую фигуру. Лунный свет касался гладкой кожи и терялся в дорожке из мягкой черной поросли волос, ведущей прямиком… О, праотец, кажется, я покраснела как рак!

— Еще немного и ты во мне дыру прожжешь, — едкий смешок Килана быстро привел меня в чувство.

— Лишним не будет, но для верности лучше бы всего целиком, — не без труда я оторвала взгляд от оборотня. И снова крепко задумалась. На этот раз над тем, оскорбляет ли меня тот факт, что усатый проныра оказался в моей кровати вперед будущего мужа. Умом понимала, что это неправильно, но на сердце отчего-то было спокойно. Вот задачка, в таком и святому отцу во время исповеди сознаться будет нелегко.

— Булочка, ты часом не болеешь, сладкая?

— Я не доставлю тебе такое удовольствие.

— А какое доставишь? — Вестер не лез за словом в карман и тут же нашелся с ответом. Перевернулся на бок, подперев голову одной рукой.

— Неужели тебе было мало девиц в городском саду?! — праведно возмутилась, абсолютно не желая сравняться с остальными. — Странный ты кот.

— А что, будь на их месте кошки, ты ревновала бы меня меньше?

— Вовсе я тебя не ревную, — фыркнула, но призадумалась.

— И вообще хватит обзываться, не так уж сильно я от тебя отличаюсь.

Я прекрасно понимала, что Килан имеет ввиду, но шальная фантазия все равно заставила глупо хихикнуть.

— В общем, краса-девица, после всего, что я пережил в этом вашем чайном клубе, ты просто обязана… — мужчина заговорщически понизил голос, добавляя интриги, и бодро продолжил: — поехать в Вольную деревню со мной.

Глаза округлились, а сердце бешено пустилось в пляс. Вольница… Обитель иных и, конечно, порока.

— И зачем нам в твою деревню? — все-таки осторожно спросила я.

— Попробуем там найти ответы, или хотя бы лекарство. Надеяться, что все пройдет и восстановится своим чередом, больше не приходится. Я забрел в гримерки, зная наверняка, что там будет царить настоящая вакханалия из дамских парфюмов, но не услышал ни одного.