Кот в мешке и прочие неприятности

И вот на стыке этих двух интересов и произошло настоящее чудо.

— Ну что ты, моя милая. Да ты лучше этой выскочки Грейс в сотню раз! А Пушистику мы к следующему занятию в чайном клубе сошьем такое жабо, что все обзавидуются.

— Спасибо, бабушка, ты самая лучшая! — кинулась Тина в ее объятия, пока мы все, включая кота и Бона, стояли с открытыми ртами.

— Но спать он будет на кухне, в корзинке, — напоследок пригрозила миссис Кейн, чем заставила добряка Бона тихонечко заскулить. Тот бы многое отдал за ночь на кухне.

— Здорово, перешью попону в мягкую подстилку, — воодушевилась маленькая врунишка и тут же принялась за дело.

Кота я с трудом оторвала от себя и посадила на тахту. Вид у него был немного сконфуженный, а ведь он еще наверняка не знает, что за зверь этот жабо. Прости, мистер Пушистые лапки, это не моя война.

Глава 5. Отправная точка нашей истории или о читательском дежавю.

— Мяу? — Пушистые лапки был не очень рад остаться одному на кухне.

Он попытался увязаться за мной следом, но я тут же остановила кота.

— Ну уж нет, ты остаешься здесь. И так уже всю меня расцарапал.

Бон сидел в проходе и наблюдал за моей перепалкой с котом. Вид у пса был довольный, он забавно кряхтел, словно бы говорил “так тебе и надо, хвостатый”.

— А ну полезай в свою корзинку, а то скажу Тине, чтобы она тебе чепец сшила, — стоило мне только пригрозить, как от животного и след простыл.

Довольная своей выходкой я выключила свет и поднялась к себе в комнату. Собиралась было вывести Бона на улицу, но тут начался дождь. Большой хитрец состроил жалостливую мордашку, всеми фибрами своей души не желая идти мокнуть во двор.

— Ладно уж, оставайся, — я потрепала Бона по голове.

Подобно маленькому землетрясению добряк проскакал к своей лежанке, потоптался по ней, соблюдая свой особый ритуал, и наконец-то лег.

Весь день я так отчаянно ждала покоя и вот теперь не могла и глаза сомкнуть. Мне становилось то душно, то холодно, то мешал Бон, под конец замучила жажда и я решила сходить на кухню.

Настенные бра загорались по мере моего движения, выделяя конечную цель моего пути — темный зев арки на кухню.