Ворожея королевского отбора

  Остатки сна все еще цеплялись за сознание, душили липким комом в горле, отчего голова слегка кружилась, и я не могла понять, что вообще происходит.

— В кр-рыле невест что-то случилось! – просветил меня Корд, открыв один глаз и снова закрыв его, словно ему все это было совершенно все равно.

Проморгавшись, я бросилась к визжащему женским голосом артефакту.

— Как эта адова машина выключается? – прошипела я, ткнув в небольшой кристалл с номером три.

— Никак! Пока не решишь проблему – будет визжать! – «успокоил» меня ворон.

Спать ему мешает!

Я подхватила маленькую подушку, что лежала рядом с халатом, и бросила в птицу. Попала. В воздух поднялось несколько черных перьев, а сам ворон волшебным образом оказался на карнизе.

— Живодер-рка!

— Прости! – я хмыкнула. — Нервная, когда меня будят посреди ночи!

Можно подумать, что я в восторге от всего этого. Мало того, что король все время норовит меня на чем-нибудь подловить и выставить за порог дворца, так еще и невесты такие, что зла на них не хватает.

Третьи покои – это у нас… терра Виолетта и Аберсвейт. Странно. Эти две девушки точно не стали бы жаловаться на мелкие неудобства. Они и на более существенные жаловаться не спешат. Даже согласились на то, что жить будут в одних покоях ввиду того, что девушек больше обычного. И именно терру Виолетту отметил накануне король.

От дурного предчувствия по спине пополз холодок. Только бы не случилось чего-то действительно серьезного, и дело было в подушках и сквозняках.

Визг усилился, и я, скрипнув зубами и уже на ходу надевая халат, рванула к тем самым покоям.

Разбуженные криком слуги сновали по коридору, переговариваясь вполголоса и пытаясь понять, что вообще случилось. Эрр Алан спешил из своих покоев, на ходу поправляя очки и ночной колпак.

Я закусила губу и ускорила шаг, буквально влетев в наполненную истеричным криком комнату невесты.

— Что случ... – начала я и запнулась, увидев одну из невест короля.

Одна из девушек, терра Виолетта Пери, билась в истерике, прижавшись к стенке и закрыв руками лицо. Но я все равно видела покрытые белыми водянистыми волдырями руки, плечи, шею, лицо… и зрелище, нужно сказать, было не для слабонервных.

Ее соседка, терра Аберсвейт, сжалась в самом углу своей кровати и смотрела на все полными ужаса глазами. Молча: без эмоций, истерик, криков. Это называется “выдержка и воспитание настоящей терры”.