Любовь на крови

Они верны своему сеньору.

– Нет никакой гарантии, что их сеньор все еще граф де Карриоле, – заявил Дагюр.

– Что?! Вы сомневаться в благородстве наших воинов?! – визжал оскорбленный южанин на ломаном скандском.

– Нисколько, – спокойно ответил охотник. – Но я так же не сомневаюсь и в изворотливости Дамиана. Он, знаете ли, мастер переманивать людей на свою сторону.

– Не наших кабальеро!

– Да каких угодно, – лениво бросил Бьерк, которого утомил бессмысленный спор. – Рыцари, ярлы, кабальеро ваши – всего лишь люди.

Капитан насупился.

– Это мой корабль, – прорычал он, – и командую на нем я!

– В таком случае, мне придется скинуть тебя за борт, – хладнокровно заявил Бьерк.

– Это бунт, – вступил в спор Оубэ.

Бьерк поднял на него тяжелый взгляд. Его все еще мутило, и он пожалел, что почти ничего не ел. Смог бы изгваздать щегольский наряд этого выскочки, подойди он чуть ближе.

– Называй, как хочешь, – отозвался Бьерк, – но я проделал весь этот путь не для того, чтобы сдохнуть в чужом порту.

– Мой охотник прав, – вступился за него Дагюр. – Если порт захвачен вампирами, то нам не удастся выйти на берег живыми. Соскучились по дому, капитан, берите шлюпку и вперед. А мы сбрасываем якорь.

В свете тусклого фонаря было видно, как побагровел старый капер, но, взглянув на Оубэ, он сдался. Парень незаметно кивнул ему. Видимо рассудил, что лишние часы в море не так страшны, как неизвестность, поджидающая среди ночных огней.

Сам Бьерк тоже предпочел бы покинуть осточертевшее судно прямо сейчас, но он помнил о причине своего прибытия на юг и не собирался умирать раньше времени. Хотя и опасался, что еще одна ночь качки доконает его.

Скандия считалась родиной мореплавателей. Земляки Бьерка покоряли водные просторы с младенчества, сам он вырос в рыбацкой деревне и не раз ходил с отцом в море. Но оно так и не стало его любовью. Крепкий и выносливый парень мог сутками бродить по лесу, выслеживая дичь, или же лазать по горам, таким высоким, что с их вершин просматривался весь родной край.

Он еще раз посмотрел на манящий берег и, вздохнув, пошел в кубрик. Там у матросов были сделаны вполне сносные тканевые лежанки. Они заворачивались в них, как в кокон, и так спали, покачиваясь в воздухе.