Любовь на крови

Кайтану передернуло от пристального взгляда шустрых колючих глазок старой травницы. Она еще ниже натянула капюшон и, сглотнув, проговорила.

– Мне то же самое, что и предыдущей донье.

– Мазь от геморроя?

– Нет! – выпалила Кайтана, вскинув голову.

Капюшон ее колыхнулся и соскользнул с шелковистых волос. Лицо открылось, и она встретилась взглядом со старой пройдохой.

Та противно так улыбнулась, потом понимающе кивнула и, смиренно опустив голову, прошепелявила:

– Я знаю, что могло бы пригодиться такой юной особе, как вы, – с наигранным почтением сказала она и удалилась в коморку за прилавком.

Там старуха долго гремела склянками, а потом выползла с целым сундуком крошечных пузырьков.

– Так, так, что у нас тут? – поднося к лампадке одну за другой бутылочки, бормотала она. – А! Вот! То, что надо. Всего одна капля за ушко и на запястье. Но учтите, действует безотказно и абсолютно на всех. Так что я не рекомендую использовать это в местах, где присутствует много мужчин.

Травница ехидно ухмыльнулась, продемонстрировав щербатый рот.

Кайтана потянула руку к пузырьку с прозрачной жидкостью, но старуха отодвинула его.

– Десять песо, – прошепелявила она.

– Сколько?!

– Это слишком дорого! – шикнула на ухо Кайтаны подруга.

– Плевать! – бросила та, вспоминая, во что ей обошлось молчание служанки.

Кайтана достала кошель и отсчитала десять монет. Старуха приняла серебро, попробовала его на зуб и, удовлетворенно кивнув, отдала пузырек.

– Ты с ума сошла?! – ругала Кайтану подруга, когда они покинули лавку.

– Зачем мне пони? У мне есть белогривая и тонконогая Пиа.

– Да, но на ней ты не можешь явиться на закрытую пирушку кабальеро! – выплюнула Филиппа.

Досаду подруги Кайтана могла понять, ведь ей пришлось пробираться по улочкам не самого респектабельного квартала Бравиля вместе с ней. Конечно, Кайтана отправилась бы и одна, но Филиппа просто не пустила ее, уж слишком она переживала за взбалмошную подругу. К тому же, Филиппа была из менее благородной семьи, но состояние ее отца при этом было близко к годовому бюджету всего Бравиля, так что жениха она нашла бы даже с подмоченной репутацией.

А вот Кайтана обязана была держать лицо, быть примером для подражания в пуританском обществе снобов. Если бы не благочестивая Филиппа, постоянно прикрывающая свою бедовую подругу, то отец Кайтаны уже давно узнал бы о сластолюбивом нраве дочурки и других ее порочных пристрастиях.