Любовь на крови

– Уже утром весь город будет трещать о пожаре в капитанском доме. Какой смысл скрывать от графа Бравиля причину трагедии. Разве он не должен озаботиться судьбами народа? Разве он не вправе узнать, что творится на его земле?

– Благородно, – отпив херес, согласился Алонсо. – И ради того, чтобы защитить город от нападков этих… вампиров, ты готова признаться в собственных проступках?

– Провокационно, – улыбнулась Кайтана. – Но запоздало. Поверьте, барон, видели бы вы то, что видела я, не пытались бы запугать меня собственным папашей.

Он бывает жесток, не сдержан, но он никогда не позволял того, что… – Кайтана осеклась, она вспомнила нападки клыкастого урода, и ее опять пробил озноб.

Она потянулась за отставленным бокалом хереса. Схватила его и одним глотком осушила до дна. Обожгла горло, закашлялась.

– Значит, это правда, – задумчиво произнес Алонсо.

Он встал со стола, нервно прошелся по комнате. Налил еще хереса. Только себе. Про Кайтану он забыл. Диалог на равных не получился.

Васко де Карриоле - граф Бравиля.

Глава 10. Любовь отеческая.

– Это переходит все границы, Кайтана! – ревел Васко де Карриоле. – Ты ведешь себя, как гулящая девка! Потащиться на ночь гладя в этот притон! И чем ты только думала? Хотя, понятно, чем, – продолжал лютовать отец.

– Мне кажется, ты неправильно расставляешь приоритеты, – тихо проговорила Кайтана. – Разве мое поведение сейчас должно тебя волновать? Я ведь рассказала тебе про вампира.

– Поуказывай еще, что и как мне расставлять! – гаркнул граф.

– Но па…

– Не папкай!

Отец Кайтаны сжимал кулаки до побелевших костяшек.

Он никогда не бил дочь, только вымещал злобу на мебели или посуде, но девушка все равно прятала голову в плечи. Уж больно грозен был Васко де Карриоле в приступе гнева.

– Я терпел твои выходки! – не унимаясь распекал он дочь. – Карточные игры. Скачки. Бойцовский клуб! – всплеснул он руками, задев графин на рабочем столе своего кабинета. – Это же надо! Не каждый молокосос потащится смотреть, как матросы мутузят друг друга, но моя дочь оказалась там в прошлом году среди прочей швали, – он нервно рассмеялся.

– И за что мне такое наказание, господи? За что?

Кайтана не отвечала. А что могло ответить наказание? Она стояла посреди богато обставленного отцовского кабинета и изучала орнамент на ковре. Алонсо де Гусман сидел в одном из кресел для посетителей и явно упивался ее позором. Еще час назад Кайтана строила из себя независимую сильную женщину, язвила в его доме, а сейчас выглядела размазней.