Январь

– Еще чего…

– Яромир! Прекращай перечить! Я же вижу, как плохо тебе. Раньше хоть к силе посоха не обращался, а сейчас едва на ногах стоишь. Ты еще хуже Февраля в упрямстве своем!

– Не кричи, – примирительно поднял руку Месяц. – Понял я все, сейчас уйду. Только не просто так я упрямлюсь, задумка хитрая есть… Позже вам о ней поведаю. Только будь добр, если обнаружит Баба-Яга что-нибудь, сразу мне расскажи.

– Да уж расскажу, – усмехнулся Кощей, пряча свои мечи. – Главное, чтобы она нашла.

Не медля больше, Яромир распрощался со Стражем и порталом ушел с места битвы.

А оказавшись дома, так и осел на ступеньки, не имея сил даже подняться. Прав Кощей был, тяжело ему сейчас с посохом управляться, но и помощь Спутницы принимать не хочется. Слишком привык за долгие века сам справляться. Да и считает, что не по чину ему, самому старшему из всех Месяцев, в слабости своей признаваться да помощи просить.

– Январь-Месяц, что с вами? – послышался у него над головой взволнованный голос.

– Ты почему не спишь? – увидев на верхней ступеньке лестницы Милаву, строго спросил Яромир.

«Вот же принесла нелегкая! Как же ты не вовремя пришла!»

– Я пить захотела, – нисколько не смутившись его тона, ответила Спутница. – Вы лучше скажите, как помочь вам. Вижу ведь…

– Сам справлюсь, – резко перебил ее Месяц. – А вот и Топтыгин подоспел, он мне подсобит.

Недовольно поджав губы, Милава молча поклонилась, не стала перечить. Посмотрев, как зверь снежный помогает мужчине подняться, вернулась в свою комнату, забыв, что за водой спускалась.

И долго ворочалась в кровати, не зная, как уснуть. Так ощущение собственной ненужности сказалось.

Утром, сидя с Месяцем за одним столом, Милава ни словом, ни взглядом не показала своего отношения к произошедшему. Но и разговора не поддерживала, ограничиваясь односложными ответами на все вопросы Января. Мужчина понимал, что девушка, скорее всего, обиделась, но не видел смысла просить прощения.

«Да и было бы за что! – наблюдая, как ест Спутница, думал Яромир. – Наоборот бы, радовалась, что обхожусь без ее помощи.

Ощущения при этом ведь не самые приятные».

– Милава, ты еще хочешь продолжить уборку в кладовке? – попробовал он еще раз разговорить девушку. Топтыгин-то накануне все уши ему прожужжал, Спутницу нахваливая, работящей да хозяйственной называя.

– Да, – не изменив себе, односложно ответила девушка.

– Но там действительно давно не убирались, – не отставал Январь. – Да и нужно ли?

Милаву неприятно кольнули слова его.