Легенда о Тёмной Принцессе. Том 3

Он заметил, что не убедил меня, потому продолжил:

— Могут вернуться лихорадки. Могут появляться видения. Может настать безумие.

Безумием было то, что он продолжал меня опекать. Но мне не надо было ничего отвечать, потому я молча уставилась на него с улыбкой, надеясь так его побесить. Мари, теперь уже в приподнятом настроении, рассмеялась:

— Кажется, тебе не победить её в этом споре, Дмитрий.

— Что за спор? — В зал вошёл Маркус, и Мари моментально опустила глаза в пол, смущённо улыбаясь:

— Ничего, — тихо ответила она.

Я с победным видом посмотрела на Дмитрия. Разве оно не стоило того? Он сдался, поднимая руки вверх.

После второй тренировки Селеста с Шики напоили меня какой-то мерзкой жидкостью, после которой я очень долго кашляла. Вся команда выжидательно уставилась на меня, но звуки так и не вернулись. От злости я швырнула склянку в стену и ушла в свою комнату, заперевшись там. Достала телефон и написала: "Что значит паинькой?"

Сообщение пришло почти мгновенно: “Сегодня в половине седьмого по Мюнхену, в том же парке, без опозданий.

Соберись как на задание”.

В дверь постучали. Я махнула рукой, открывая замок. На входе показался Дмитрий. Он облокотился о дверной косяк и скрестил руки на груди. Его волосы в красивом беспорядке после тренировки падали на лоб.

— Может, прогуляемся сегодня? Тебе стоит немного развеяться, пока ещё есть возможность. Иногда такие заклинания спадают сами собой, когда истекает их срок действия.

Я смотрела на него и всерьёз подумывала над тем, чтобы сказать, что у меня появились отношения.

Не обязательно говорить, с кем именно. Нет, не выход. Дмитрий явно не из тех, кто просто примет это как данность. Он наверняка попытается узнать, по крайней мере, с кем у меня эти самые отношения. И чтобы потом убедить меня в том, что я делаю ошибку, он может рассказать и другим, пытаясь давить на совесть, что я рискую всей командой.

Я просто покачала головой.

— Брось, Камелия, сидеть и злиться взаперти — это не выход.

Я улыбнулась одной из этих своих новых, фирменных улыбок, которые не значили абсолютно ничего, сбивая людей с толку, поскольку я всё равно не могу ничего ответить. Дмитрий закатил глаза.

— Будь он проклят, что решил лишить голоса именно тебя. Ты так привыкнешь к этому, что перестанешь говорить со мной даже когда заклинание иссякнет.

А это мысль. Представив это, я беззвучно рассмеялась. Странное, наверное, было зрелище.