Легенда о Тёмной Принцессе. Том 3

Дмитрий вскочил и быстрым рывком припечатал Виктора к стене:

— Что это сейчас было? — закричал ангел.

— Я среагировал рефлекторно, — Виктор отвечал спокойно, обычно его бы наверняка разозлило поведение Дмитрия, но не сейчас. — Она чуть было не достала меня. Ещё секунда и я был бы мёртв. Я никак не ожидал, что её техника так вырастет за две тренировки, как будто бы она подпитывала саму себя какими-то эмоциями. Когда я понял, что она выходит из-под контроля, то позвал тебя.

Дмитрий отпустил Виктора:

— Я с самого начала считал тренировки с ней в этом облике плохой идеей.

— И она, и мы должны понимать, чего ожидать в пылу битвы. Не пользоваться этой силой было бы слишком глупо, Дмитрий. Сейчас я могу точно сказать, что по силе она превзойдёт даже тебя. И пусть ей не хватает контроля, но теперь я вижу, что эмоции дают ей такой толчок, что даже мне становится не по себе от её мощи. Она злилась из-за проигрышей и с каждым разом становилась всё сильнее. Я бы не хотел больше оказаться с ней на разных сторонах, уж поверь.

— У неё жар, — вмешалась Эви, прощупывая лоб Камелии.

— Лихорадка, — буркнул Дмитрий. Он выглядел вконец разбитым. Аккуратно беря хнычущую Камелию на руки, он пошёл прочь из тренировочного зала.

— Помоги ему, Эви. Я приберусь здесь. И приведи себя в порядок, ты сама вся в крови, — Виктор провёл рукой над лежащим на полу мечом, а тот медленно исчезал на глазах.

Эви вздрогнула при мысли о том, что на ней была кровь подруги, но поспешила догнать Дмитрия. Тот занёс Камелию к себе в комнату.

— Она будет злиться, — заметила Эви, входя следом.

— Она не вспомнит. А если она перепачкает кровью белое покрывало, которое для неё сделала Мари, то наверняка расстроится. Я всё равно не смогу спать, пока ей не станет лучше. А потом перенесём её к себе. Помоги мне обтереть и переодеть её, пожалуйста.

Они вдвоём отмыли Камелию от крови, и Эви переодела её в чистую длинную футболку. Из-за лихорадки девушка постоянно хныкала, стонала от боли, порой её тело изгибалось в судорогах.

Дмитрий, как и всегда, выглядел отрешённо-спокойным, лишь в глубине взгляда читалась боль. Камелия казалась хрупкой и беззащитной. Изящные линии её лица искажались от боли, тонкие пальцы постоянно сжимали лежащий под ней тёмно-синий плед, веки дрожали. Она часто дышала, губы потрескались и пересохли. Ничто в её облике не говорило о том, что стоит лихорадке закончиться, и она вновь воскреснет, словно феникс, полная огня, силы и энергии.