Я бегу по снегу босиком, дальше

Реакция спавшего была пугающе быстрой и бурной. Молниеносный бросок руки, и запястье девушки оказалось сковано железными пальцами.

Стюардесса не успела даже пискнуть, но за долю секунды до неминуемого, казалось, рывка странный мужчина вдруг резко распахнул глаза, полыхнув бутылочно-зелёными искрами тёмного взгляда, и отпустил её тонкую руку.

Его спутница, крепко спавшая справа, в кресле подпрыгнула и схватила соседа за локоть, одновременно гладя его по плечу.

— Простите великодушно, прокля́тая морская болезнь и такая долгая дорога.

Мужчина произнёс это тихо бархатным и низким голосом, улыбнувшись стюардессе практически нежно.

Та быстро отвела взгляд, пожала плечами и лишь заметила:

— Ничего страшного. Всё можно исправить, кроме разве что смерти.

Самолёт заходил на посадку в аэропорт Елизово, делая широкий круг над Авачинской бухтой. Приземление в этой авиагавани всегда считалось чем-то, вроде вершины авиамастерства для пилотов и экипажей.

Борт сделал крутой вираж на снижение над океаном, переходящий в острое пике с прицелом на маленькую площадку у са́мого подножия огромных вулканов.

Минуту назад безупречные конусы льда виднелись ещё там, внизу. Но вот они уже стремительно приблизились и нависли над головой, поражая воображение своей первобытной и сокрушительной красотой.

Существа магически одарённые и разумные, с лёгкой руки литераторов именовавшиеся нынче иными, остро ощущали в этих гигантах чудовищное средоточие потоков первородных энергий.

Белокурая девушка, задумчиво разглядывая величественный пейзаж в иллюминаторе, поёжилась и перевела вопросительный взгляд на спутника.

Тот ободряюще улыбнулся, убрав пальцами прядку волос с её лба.

— Лель, мне всё это не нравится. Ты тоже чувствуешь, да?

Молча кивнул, надевая свой свитер на девушку. Закатал рукава, усмехнулся.

— Венди, не рефлексируй. Зачем ты задёргалась? Я с тобой, Ветерок.

Пробежав длинную посадочную полосу, самолёт развернулся, медленно выкатываясь к финальной части полёта. Остановился. Подъезжающие к бортам массивные трапы ознаменовали конец утомительного путешествия.

Пассажиры неторопливо одевались, брали в руки ручную кладь и выходи́ли в проходы салона, следуя к выходу.