S-T-I-K-S. Шустряк. Человек с кошкой

– Я же тебе говорила, это тело создано для бега и прыжков, правда, если бы я знала, что придется бегать по стеклу, я бы попросила, чтобы покрытие нижних конечностей было твердым, – выдала она в очередной раз, погрузив всех стоявших в оцепенение.

– Стоять! А ну-ка покажи руки! – почти рявкнул я, и когда Ки, встав на две лапы, продемонстрировала кровоточащие ладони, выматерился на отборном русском. – Заднюю дай! – уже и впрямь рявкнул, удерживая её за руку. – Вот же дура! – выдал я, подхватывая её на руки.

Занеся её в наш дом, бросил боком на свой топчан, чем удивил не только следовавшего за нами Грэя с вечно трущимся рядом сенсом, но и саму Ки.

– Лежать! – скомандовал я, когда она попыталась шевельнуться, и она замерла. Схватив тазик, который использовал обычно для бритья, принялся промывать ей лапы, выдернув при этом несколько осколков. – Как же ты иногда меня бесишь, – начал я, – вот скажи, зачем было драть свои лапы, несясь, не разбирая дороги.

– Спасти, это важно, – парировала она.

– Важно, согласен, но твоя жизнь важнее, сначала думай о себе, потом о других, я уже устал вбивать в твою голову эту мысль, – при этом я ткнул её мокрым пальцем в лоб.

– Я тебе уже говорила, что это тело не проживет больше тридцати вращений планеты вокруг звезды, оно искусственное.

– Форменная дура, – констатировал я факт, – ты – иммунная, споры тебя признали, а это значит, что ты можешь жить вечно, если не умрёшь, – повысив голос, попытался я ей объяснить в очередной раз.

– Так быть не может, ресурс конечен.

– Да твою же мать, – выругался я по-русски, – люди в моём мире в среднем лет до семидесяти жили, а тут я лично видел молодого парня, который, попав сюда стариком, уже прожил полторы сотни и умирать совершенно не собирается.

– Хорошо, я буду учитывать твои пожелания в следующий раз.

– Вот, теперь лежи тут, не вставая, хотя бы сутки, – рявкнул я, заливая гелем пластырем все конечности, изображая что-то вроде тапочек.

– Наказана? Я виновата? – спросила она, при этом покосившись куда-то назад в сторону хвоста.

– Да, за глупость, за то, что о себе не думала, – проследив её взгляд, улыбнулся и продолжил, – ты уже сама себя наказала, будешь лежать, пока все не заживет.

– Не понимаю, почему сделала правильно, оптимально и эффективно, лучше, чем кто-либо, при этом наказана неправильно, – выдала Ки, и я почувствовал в её тоне обиду.