Мемуары бабы Яги

От них исходила такая мощь, неведомая сила, что заставляла сердца биться чаще. Молодые, безумно влюблённые, они так смотрели друг на друга, что у Тани перехватило дыхание. И только роскошные огненные локоны женщины, и смоляные кудри мужчины - выдавали в паре Кощея и Ягу.

– Пойдём! – шепнула Вася, и ухватила Таню за руку.

Девушки последовали за знатной парой на почтительном расстоянии. На палубе их встречали вытянувшиеся по струнке, как солдаты на параде Иван, Серый и Кузьма.

Кузьму было не узнать - в шляпе с пером и алых сапогах - он был неотразим.

Склонившись в приветственном поклоне, кот галантно снял шляпу и несколько раз махнул ей, «подметая» пером палубу. Таня, увидев эту картину не удержалась и хихикнула.

Ваня вышел вперёд и протянул руку Василисе. Вася вспыхнула, как маков цвет и подав руку мужу, тут же оказалась в его объятиях.

Серый торжественно подал Тане лапу и улыбнулся, ослепительно сверкнув белоснежными клыками. С удовольствием оперевшись на тёплую, мохнатую, надёжную лапу, Таня взошла на борт огромного корабля.

На корме, в окружении тысяч свечей были накрыты пиршественные столы.

Серый сопроводил Таню к её месту за праздничным столом и вернулся к сходням, встречать остальных гостей.

На корабль, один за другим поднимались важные персоны. Леший, ради праздника принявший обличие старца, явился в сопровождении лесовиков. Замшелая старая Кикимора, пришла с целым выводком юных болотниц. Лесные нимфы - девицы красоты невиданной, сразившие наповал встречающего их Кузьму, рассыпались по всей палубе.

Пришли и братья месяцы со своими гуслями. Самым последним на корабль взошёл Водяной в сопровождении Горыныча.

Тане сложно было усидеть на месте, так хотелось всё рассмотреть, потрогать, а как иначе - это же летучий корабль! Тот самый, из её любимого мультфильма, «до дыр» засмотренного в детстве, заученного наизусть. Она сидела рядом с Ягой, благосклонно принимавшей здравицы от вновь прибывших, и всё пыталась рассмотреть самые мельчайшие детали, но несмотря на внушительное количество огней, ей это не удавалось.

Как и в прошлый раз - лесной народец мельтешил, сновал туда-сюда и обратно, отвлекая, требуя внимания к себе, а не к деталям.

К Тане подбежал запыхавшийся Кузьма, и схватившись за сердце, бесцеремонно выхватил из её рук кубок с шампанским, тут же осушив его до дна. Таня даже рта не успела раскрыть, чтобы остановить наглеца.

– Ты видела? Нет, ты только посмотри! – восторженно шептал кот.