Мемуары бабы Яги

– Аглая! – нахмурился Кощей. – Ты это... – увидев строгое выражение лица Яги, он сменил тон, примирительно подняв обе руки вверх. – Позавтракать хоть можно?

– Ты что сюда есть пришёл? – ворчала Яга. – Ешь давай, да за работу! Солнце к закату клонится, скоро на праздник идти, а ты ещё с Водяным не договорился.

– Договорился я... – ворчал Кощей, наливая в огромную чашку душистый чай. – Вчера ещё...

Кот услужливо подал Кощею блюдо с истекающей соком жареной колбасой, глазуньей, солёными грибами и вяленой олениной.

– Кушай, Кощеюшка. Дамы наши собой заняты, ничего вокруг не замечают, одно у них на уме...

– Кузьма! – грозно прикрикнула Яга.

– А чего сразу Кузьма-то? Я говорю - о танцах только и думаете, совсем на нас внимания не обращаете, а ведь мы стараемся, да, Кощеюшка?

– Угу. – согласно кивнул Кощей и взял с блюда кусок пирога. – Вот и пойми этих женщин, то им ласка нужна, то танцы, то принцы заморские, а как на своих - так ноль внимания...

– Кош! – вспылила Яга. – Я тебя сейчас так помелом огрею, что тебе сразу все Валькирии явятся, и не во сне, а наяву.

– Ба! – воскликнула Василиса и укоризненно посмотрела на Ягу. – Негоже утро со ссоры начинать!

– Ничего себе, утречко! Ужинать пора! – недовольно хмыкнул Кузьма.

– И не утро тоже! – строго сказала Василиса коту. – Ты бы, Кузьма, отправился на полянку, да проведал как там у Горыныча с Серым дела, всё ли готово, и вообще...

– Понял, понял, понял! – примирительно замурчал кот. – Уже бегу, сплетничайте тут.

Кузьма метнулся к сундуку, изъял из него белоснежную скатерть с вышитыми алыми петухами, расстелил, бережно разгладив края, оглянулся с опаской - нет ли поблизости домового, и начал быстро складывать пироги и шанежки, пирожки и пышки, оладьи и ватрушки, крыночки со сметаной и сливками. Аккуратно соединив края скатерти, завязал узелок, и торжественно понёс на вытянутых лапах к двери.

Из-за печки вышел домовой, увидев кота с узелком, только всплеснул руками.

– Кудой потащил-то?

– Тудой! – сообщил кот и прибавил шаг.

– А ну, стой! – скомандовал Нафаня. – Ты ж почти всё утащил, нехристь пушистая!

– Аха, счас, стою! Бегу и падаю! – огрызнулся кот, и выскочил в приоткрытую дверь.

Нафаня растерянно посмотрел на закрывшуюся дверь и бессильно опустился на табурет.

– Да что происходит-то? – ошарашенно спросил он.

– Ты не один этим вопросом задаёшься. – недовольно каркал ворон. – Я всё утро небеса вопрошаю, а ответа нет.