Беллатрикс. История сбежавшей невесты. Книга 1

Солнце уже заметно поднялось над горизонтом и смело заливало ярким светом макушки деревьев, крыши богатых особняков, жестяные шляпки давно потухших фонарей. Пахло утренней свежестью, еще не успевшей испариться под жаркими лучами. Кроссовки мягко ступали по мощеной белым камнем дороге, по которой в ближайший час точно не проедет ни один велосипед. Белла не торопилась, она наслаждалась минутами любимого времени суток, чувствуя себя единственным живым человеком на Земле.

Так, ни о чем толком не думая, она добралась до высокого кованного забора с острыми черными пиками по верху и низу.

Вообще, пробираться в дом через главные ворота — довольно глупое занятие. Но Бель оказалось лень ползти через лазейку меж газоном и обломанными лично ею нижними пиками забора. К тому же, она была уверена, что дед в это время пропадает в рабочем кабинете и не заметит ее через окно гостиной.

Белла вообще не знала, спит ли он. В последнее время только и делал, что торчал за тяжелой дубовой дверью, откуда доносились приглушенные голоса, а по ночам сквозь узкую щель внизу на паркет лился тусклый желтоватый свет.

Забурчал живот. Сглотнув слюну, она представила огромное блюдо испеченных Гретхем блинчиков и мысленно залила их медовым сиропом. Собственно, сегодня какой день? Вроде пятница. Как раз блинчики и должны быть на завтрак.

Подгоняемая разгоряченным аппетитом, Белла взялась за витиеватую металлическую ручку.

Калитка и ворота были настроены на хозяина дома и тех, кого он лично вписал в магический контракт с поместьем. Таких людей не много: их экономка, а заодно и прекрасный повар — сорокалетняя ведьма Гретхем, личный водитель, по совместительству телохранитель деда — испанец Мартинас, постоянно меняющиеся служанки, имена которых Бель не удосуживалась запоминать, и она сама. К счастью, за ночь ничего не изменилось. Калитка без проблем пропустила ее внутрь, бесшумно вернувшись в прежнее положение.

Бросив вороватый взгляд на выходящие во двор окна, девушка бегом добралась до порога, поднялась по четырем высоким ступеням и замерла перед бордовой дверью. Озадаченно нахмурилась. Та оказалась приоткрыта, что всколыхнуло в душе необъяснимую тревогу.

Отбросив ее подальше, пожала плечами и толкнула серебристую ручку от себя. Может Гретхем решила впустить в гостиную утреннюю свежесть.