Как влюбить дракона

Проводили в комнату с большими округлыми окнами, принесли горячий ужин, выдали сменную одежду. И оставили до утра.

А утром повторилось какое-то дежавю, как это называют в Риамонте.

С той лишь разницей, что на завтрак её проводили в трапезную – просторную, но уютную, со старинной мебелью, с колоннами, увитыми вьюнками, с прозрачной стеной, выходящей на водопады, ниспадающие серебристыми лентами с высокой скалы.

Стол оказался накрыт на двоих. Лика отметила изящество вышивки на скатерти, посуду из тонкого фарфора, высокие хрустальные кубки и лежащий на столе венок из свежих белых цветов.

В остальном же всё, как в первое утро в Грайгцуре: за окном нечеловеческая красота и беззаботно парящие драконы, а у дверей пара безмолвных стражей. И она. Ждала Адайна, но вошёл Форцерин.

Только вместо чаши Архимаг принёс две прозрачные склянки с чем-то желтоватым и зелёным.

- Лекарство? – скривилась Лика. – Не стоило утруждаться. Полагаю, с последствиями не оконченного лечения справилось озеро Исцеления.

- Это не лекарство, - мрачно ответил Форцерин. Он вообще в последнее время перестал улыбаться и воспринимался от этого ещё более опасным.

- Яд? – от страха скрутило живот.

- Здесь – да, - Форцерин шевельнул склянку, в которой всколыхнулась мутная охровая жидкость.

- Двухкомпонентный? – вздохнула Лика, глядя на вторую колбу, и не удержалась от едкой иронии: – Это чтоб наверняка?

- Нет. Во второй зелье забвения.

- М-м, - кивнула пленница, осознав, что плакать и умолять бесполезно.

- Не спросите, почему он так решил?.. Не станете даже заламывать руки? – процедил Архимаг.

От понимания, что во второй колбе «не яд», стало легче. Но на фразе «он так решил», Лику будто в солнечное сплетение толкнули. В горле неожиданно встал ком.

- Да, милочка, сказка закончилась. Человечка вышла замуж за драконьего короля и надеялась стать властительницей мира? Так не бывает. Сказки врут. В реальности любой, покусившийся на большой кусок власти, подвергает себя великой опасности.

- М-мне всё понятно, - ответила она через подступившую тошноту, да, её тошнило от одного только вида Форцерина и от понимания: единственный путь выкарабкаться из этого ужаса – стремление к компромиссу. – Знаете, сутки в одиночестве способствуют быстрому понимаю всех вариантов развития ситуации.

- Вот и хорошо. Умная девочка. Даже жаль, что мы торопимся, а иначе с удовольствием поболтал бы о высоком, о судьбах мира, - оживился Форцерин.