Как влюбить дракона

Вначале, конечно, было непривычно есть, спать, принимать ванну и перемещаться куда бы то ни было в присутствии личной охраны. Теперь она уже жизни без них не представляла.

А ведь рано или поздно придётся вернуть их на родину. И что тогда? Как быть, если она по-прежнему не доверяет никому из своего окружения? Ведь нет ни одного человека, который бы не был связан с Риамонтом каким-нибудь кланом, родом или гильдией.

«Или не любил бы денег,» - встретив по пути графа Грохольда, Ликария ответила улыбкой на низкий поклон.

Эндрю (или Энди?) Грохольд – наследник древнего ардарского рода – был самым заметным торговцем драгоценными камнями.

«А ещё он занимается рыбой, пушниной и, кажется, редкими птичками?.. Когда же я наконец всех их запомню?» - задала королева самой себе риторический вопрос.

Ответ, конечно же, состоял из слова «никогда». Но Ликария всё ещё надеялась стать когда-нибудь достаточно прозорливой правительницей. Не обязательно самой прославленной. Лишь бы Ардар при ней, её детях и внуках жил спокойно и процветал.

Не даром же она пять лет подряд поднималась на рассвете и работала до зари, разбираясь в деятельности гильдий, рынков и отраслей, в денежных потоках и тонких нюансах, позволяющих одним кампаниям и людям стремительно обогащаться, а другим – платить неустойки и закрывать лавки, продавая с молотка корабли и даже дома.

Параллельно ей пришлось изучать людей. Они оказались сложными. Хитрили и лгали, расправлялись с конкурентами, опускаясь даже до подлогов. И тут же, те же самые люди спасали любимых и помогали страждущим, предлагали новации и прокладывали новые пути, открывали и разрабатывали дополнительные источники недр и ресурсов.

Они любили и ненавидели, боролись и жаждали, играли и проигрывали.

А судьёй в играх приходилось быть ей.

И каждый день, даже во время празднеств, Ликария Iвстречалась с ними – аристократами и купцами, вельможами, лоббирующими дело рода, и владельцами капиталов – выслушивала их просьбы и жалобы, старалась разобраться в каждом случае.

Она быстро поняла, что не стоит верить на слово. И что горящие глаза или равнодушные лица, дрожь в голосе или требовательный тон, одежда и обувь – тоже ни о чём не говорят.

Немного честнее цифры. Да и то лишь в сравнении, и только тогда, когда отчёты – не фикция.

Вот и выходило, что она сама играла… в хрупкое домино, определяя подчас влияние каждой конкретной косточки, которую придётся сдвинуть, добавить или изъять.